ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ

1Евгений Самойлович Гуревич. 1980 год.

В 2016 году исполнилось 115 лет со дня рождения и 35 лет со дня смерти ЕВГЕНИЯ САМОЙЛОВИЧА ГУРЕВИЧА, выдающегося оружейника и изобретателя. В сталинских лагерях, где нужно было просто выживать, да и после них тоже, он не оставлял попыток встроиться в систему и стать «своим». Однако система, вовсю используя разносторонний талант Гуревича, упорно отторгала его, интуитивно чувствуя в нём «чужого». В конце концов, он был просто забыт, вычеркнут из отечественной оружейной истории так же, как была вымарана его фамилия на чертежах одного ружья… 

Как известно, «визитной карточкой» ЦКИБ СОО (г. Тула) всегда были «вертикалки» с так называемым «мёртвым» шарниром, обеспечивавшим в числе прочих конструктивных решений фантастическую живучесть этих ружей. Считалось, что автор шарнира, «люльки», как его называли в ЦКИБе, неизвестен. Появление в конце 40-х годов вертикалок МЦ5 и МЦ6 на фоне тогдашнего ассортимента отечественных охотничьих ружей сродни рождению сверхзвукового самолёта после допотопного биплана. Как бы «из ничего» появилось современное ружьё оригинальной конструкции. Между тем, оружейное дело по своей сути консервативно. В нём очень редко случаются подобные «революции», а всё развитие происходит эволюционным путём.

3«Мёртвый» шарнир на ружье МЦ 8.

Опыт работы с «вертикалками» в ЦКИБе был. В мае 1946 года группа сотрудников Наркомата вооружения вывезла из Тюрингии образцы немецкого охотничьего и спортивного оружия. В 1947 году ТОЗом при участии ЦКИБа  было собрано ружьё МЦ-3 — копия бокфлинта «Меркель» (впоследствии наименование МЦ-3 получил спортивный пистолет – знаменитая «рама Шептарского»). Но МЦ5 и МЦ-6 не были похожи ни на одно из немецких ружей. Они вообще были ни на что не похожи! Поиски прототипа привели к ружью французского изобретателя Бонифация Петрика (патент США № 1434627 от 7.11.1922). Оригинальный шарнир, похожая идея, но…явно не прототип.

2.1Схема шарнира ружья Бонифация Петрика.

Ещё один вопрос, не находивший ответа, вне всякой связи с ружьями МЦ, касался ружья ТОЗ-34. В голове не укладывалось, как автор ружья Н.И. Коровяков, имея «за плечами» ФЗУ и незаконченный заочный техникум, до прихода на ТОЗ никогда не интересовавшийся охотничьим оружием, спустя 3 месяца после приёма на работу принёс главному конструктору С.С. Ферапонтову идею нового ружья. Во всяком случае, именно так звучит официальная версия. Самородок, по воспоминаниям окружающих, доказывавший свою правоту вырезая ствольную коробку из мыла? Возможно. Мои сомнения усилились, когда на глаза попался доклад комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований на президиуме Российской Академии наук от 16 марта 1999 года. Кто хочет – может прочитать сам. Как правило, подобные «казусы» связаны с пробелами в образовании. Нет вины Николая Ивановича Коровякова в том, что, приписывая ему необыкновенные изобретения, некоторые ура-патриоты после его смерти пытаются сделать из него непризнанного гения.

4Шарнир на ружье Е.С. Гуревича. 1944 год. В это время Николаю Ивановичу Коровякову было…7 лет.

Третий вопрос, на который не находился ответ, содержался в книге С.А. Бутурлина «Дробовое ружьё» (КОИЗ, 1937 год). В главе V «Ударные механизмы или замки» есть такой абзац: «Совершенно новый для оружия принцип использовал недавно инж. Е.С. Гуревич, построив необыкновенно простой, компактный и остроумный замок с проволочной крутильной боевой пружиной. Так как металл на кручение утомляется меньше, чем при других формах работы, прямая проволока почти не требует вырезов в дереве ложи, и проволока может быть взята без всяких неудобств нужной длины и толщины, то пружина эта может быть очень сильной. В замок этот его изобретатель включил очень простой и прочный интерсептор, и простой один спуск на оба замка двустволки. Замок располагается на спусковой скобе или на нижнем хвостовике колодки, и укрепляет переднюю часть дерева ложи по сравнению с обычными замками». Все попытки узнать больше об этих конструкциях и их авторе оканчивались ничем. Так бы оно всё и оставалось, если бы не одна, случайно увиденная фотография. Именно она послужила отправной точкой во всей этой истории.

???????????????????????????????Фотография ружья Е.С. Гуревича. С неё всё началось.

Забегая вперёд, скажу, что ответы на обозначенные выше вопросы нашлись. «Мёртвый» шарнир и «шарнир Коровякова» изобрёл оружейник Евгений Самойлович Гуревич. Вся линейка спортивных «вертикалок» ЦКИБа имеет прототип – ружьё Гуревича, первый отечественный бокфлинт. Среди изобретений Е.С. Гуревича: бесшумный боеприпас, бесшумный миномёт, бесшумный револьвер для специальных операций, танковый дизель без коленчатого вала и другие изобретения в самых разных областях техники. Одного этого перечня достаточно, чтобы понять, какого масштаба конструктора и изобретателя мы умудрились «забыть».

Всё, что написано в различных статьях и книгах о совещании 18-19 февраля 1946 года в Доме техники Министерства вооружения, лишь частично совпадает с настоящими решениями этого совещания. Между тем, среди них были и такие: рекомендовано «…для проверки в условиях промысловой охоты изготовить серию ружей бокфлинт системы Гуревича, которое по отзывам многих организаций получило хорошую оценку», министерство принимает на себя обязательство «…изготовить в течении IV-го квартала 1946 г. … бокфлинт системы Гуревича 200 штук». Почему же фамилии Гуревич нет в упомянутых статьях и книгах? Надеюсь, данная публикация ответит на этот вопрос тоже.

Жизненный путь Е.С. Гуревича извилист и неоднозначен, как и судьба страны, в которой ему довелось родиться. В его биографии полно «белых» пятен. Поэтому я, не претендуя на роль летописца, расскажу только о том, что более-менее достоверно установлено.

Глава I. Солдат.

21 января 1901 года в семье православных Самуила Исаевича и Софьи Моисеевны Гуревичей родился второй сын, которого назвали Евгением. 6 ноября 1905 года мальчик был крещён в Преображенской церкви слободы Ворожбы Лебединского уезда Харьковской губернии. Крестниками стали дворянин Иван Владимирович Белоярцев и жена казака Анна Фёдоровна Лесенко. Старший брат Владимир родился тремя годами ранее. Сестра Марина (крещена как Мария) появилась на свет спустя три года после рождения Евгения.

5

Гуревичи: Евгений, Мария, Владимир.

Самуил Исаевич служил управляющим в имении графа Н.Д. Хрущёва и слыл большим специалистом сельского хозяйства. Им был выведен новый сорт картофеля с повышенным содержанием крахмала, получивший множество наград на сельскохозяйственных выставках. Занимался он также улучшением и акклиматизацией скота симментальской породы. Старший Гуревич был не лишён тщеславия: свой сорт картофеля он назвал собственными инициалами — «СИГ». Придёт время, и сын тоже позволит себе эту маленькую слабость, присвоив своим ружьям марку «ГЕС». Самуил Исаевич происходил из большой дружной семьи. Его родной брат Иосиф служил механиком винокуренного завода в Курской губернии. Сын Иосифа Исаевича, Михаил Иосифович Гуревич, стал впоследствии выдающимся советским авиационным конструктором. В отличие от своего двоюродного брата, Евгений, судя по оценкам, не проявлял особенного рвения в изучении физики. Позднее он напишет, что окончил гимназию экстерном. Аттестат датирован 1919-м годом. До этого юноша успел поучиться «на оружейного мастера в Харькове у Эдельберга и на шофёра у Тевса», а также принять участие в революционных событиях 1917 года «в составе боевой дружины братьев Межлаук».

6Так выглядит сегодня дом графа Н.Д. Хрущёва в имении, где родился Е.С. Гуревич

«В 1918 году в кавалерийском отряде Раскинда сражался против петлюровцев и немцев». Фразы, взятые в кавычки, написаны самим Е.С. Гуревичем. В 1919 году он был призван в Белую армию и оказался в Крыму. Свидетель по «делу Гуревича», некто Иван Никитин, дезертировавший из армии Врангеля, видел его в юнкерской форме. Есть данные о службе Гуревича в пограничной страже на посту Ак-Мечеть (сегодня п. Черноморское) под началом ротмистра Шуранова, а затем в Севастополе, в штабе пограничной стражи, начальником которой был генерал-лейтенант Китченко, а его заместителем – генерал-майор Непокойчицкий. (Михаил Дмитриевич Китченко (30.8.1857 -7.8.1931), начальник Варшавского округа пограничной стражи, командир 80-й пехотной дивизии во время Первой мировой войны, участник Брусиловского прорыва, Георгиевский кавалер, похоронен в Сербии (?)) Начальству явно приглянулся высокий юноша с прекрасным знанием немецкого и французского языков. Без ответа остаётся вопрос, почему Гуревич не эвакуировался с Русской армией. Как перешёл к красным. Откуда он знал о преступлениях заместителя начальника особого отдела 46 дивизии Кудряшова, утаившего, «поддавшись соблазну», часть реквизированных ценностей? (Большевик Кудряшов арестовывал и бессудно расстреливал. Дзержинскому его «сдал» Реденс, председатель КрымЧК, «зачищавший» Крым после эвакуации Русской армии. Информации о том, что Кудряшов, как принято считать, сам был расстрелян по приказу Дзержинского, у меня нет). Был ли он знаком с Реденсом, и действительно ли был назначен помощником начальника информации особого отдела 46 дивизии? Почему произошла ссора с отцом и братом, после которой жизненные пути их и Евгения Гуревича разошлись навсегда? Вопросы, вопросы…

Глава II. Чекист.  

В феврале 1921 года Е.С. Гуревич поступает на службу в ГПУ Украины на должность уполномоченного по охране границ Украины и Крыма. По его словам, на оперативную работу он попал благодаря Ф.Э. Дзержинскому, которого возил пару раз на стареньком «Бразье», работая шофёром в гараже ГПУ УССР. Функция по охране границ перешла к ГПУ в ноябре 1920 года. Специальные войска ГПУ только создавались. Границу Украины охраняли части 51-й и 44-й дивизии, а также черноморская кавалерийская бригада. Они не подчинялись оперативным органам по охране границы. Другими словами, охраняли одни, а за охрану отвечали другие. Е.С. Гуревич занимался выпиской пропусков для пересечения границы и работал в комиссии по делам политических беженцев и эмигрантов. Он придумал систему, позволявшую выявлять фальшивые пропуска. В двух фотопластинках делались одинаковые отверстия. Используя пластинку как шаблон, на пропуск ставились едва заметные точки. Вторую пластинку отправляли на границу. Спустя некоторое время пластинки менялись. Просто, но эффективно.

10Группа сотрудников ГПУ УССР. Евгений Гуревич (в первом ряду слева), Эльза Грундман – «живая легенда» ЧК, Лев Щербинский (в будёновке). Харьков. Декабрь 1922 года. В центре снимка вымарана фигура Михаила Фриновского – одного из организаторов «большого террора».

Масса людей, согнанная с родных мест гражданской войной, перемещалась через границу, процветала контрабанда: вагоны импортного шевро и хрома, тысячи метров трикотина и других товаров поступали в Украину нелегально. Однажды удалось задержать 16 тыс. коробок зубного цемента. Для борьбы с контрабандой была создана комиссия во главе с начальником таможенного управления Макотинским. Было введено правило, по которому задержавший контрабанду получал определённый процент после её реализации. В доход ГПУ должно было поступать сразу 30% от суммы, вырученной за реализацию контрабандных товаров. Остальная сумма за исключением судебных издержек, расходов на реализацию и перевозку, должна была распределяться следующим образом: 33% передавалось непосредственно задержателям, 20% шло на премирование лиц, косвенно участвовавших в задержании, 30% поступало в доход соответствующего таможенного округа и 17% передавалось органам ГПУ. Умные головы в ГПУ Украины быстро сообразили, как на этом можно заработать (именно так сегодня воспринимается рассказ самого Е.С. Гуревича об этой «операции»). Была создана специальная опергруппа, которая через подставных лиц стала покупать контрабанду оптом. В течение 2-х месяцев только в Харькове было скуплено, «конфисковано» и снова продано товаров почти на миллион рублей. Деньги вернулись в кассу ГПУ, а участники получили свои «премиальные». По словам Гуревича, в «операции» принимала участие легендарная чекистка Эльза Грундман, а «заработанная» премия была передана в «фонд борьбы с контрабандой». В январе 1924 года Гуревич был уволен из органов, формально – по сокращению штатов, в действительности – из-за семимесячной службы в Белой армии, но хорошие связи в ГПУ УССР помогали ему вплоть до ареста.

Глава III. Коммерсант.

После увольнения из органов Е.С. Гуревич работал на авторемонтном заводе. В мае 1924 года он устраивается секретарём в контору «Экспортугля» — подразделения «Укргосторга». В августе его переводят на должность заведующего технической частью конторы. В октябре он становится управляющим делами «Экспортугля». В феврале 1925 года – новое повышение по службе. Должность называлась «секретарь импортного отдела Госторга УССР». В мае Гуревич становится помощником заведующего техническим бюро и заведующим комиссионной частью технического бюро импортного отдела. В январе 1926 года его переводят на должность заведующего отделом автотранспорта и оборудования коммунальных хозяйств Технической конторы Госторга УССР. На работе в «Укргосторге» открываются незаурядные коммерческие способности Евгения Самойловича.

11 Реклама «Укргосторга»

Описываемые события относятся к временам НЭПа, новой экономической политики, позволившей в короткие сроки восстановить промышленность и сельское хозяйство Украины. Госторг УССР был абсолютно самостоятельной организацией, осуществлявшей экспортно-импортные, торговые и заготовительные операции, а также занимавшейся капитальным строительством. Молодой республике требовалась всевозможная техника, автотранспорт и…оружие. Гуревич знакомится с Иоганном Йостом, прибалтийским немцем из Либавы (Лиепаи). В СССР он представлял интересы фирм «Густав Геншов», «Зауэр», а потом и «Крупп». Йост оказался исключительно ценным партнёром. Для начала нужно было завоевать его доверие и продемонстрировать свою информированность. Пользуясь данными из статей С.А. Бутурлина, Гуревич передал Йосту «служебную» информацию о рынке оружия. Некий «австрийский коммунист» предложил «Укргосторгу» приобрести «на вес» пистолеты «ОWА» в готовом и незаконченном виде, а также станки австрийского военного арсенала, подлежащие уничтожению по условиям Версальского договора. «Предложения» на деле оказались пустыми разговорами. Тем не менее, Гуревич по «большому секрету» рассказал о них Йосту. Фирма «Вальтер» оказывала техническую помощь одному из советских оружейных заводов. Йост об этом конечно знал. Когда эта информация пришла от Гуревича, доверие немца к своему деловому партнёру выросло многократно. Игра, которую вёл Гуревич, помогала заключать прямые контракты на самых выгодных условиях, гораздо более выгодных, чем это удавалось делать сотрудникам нашего торгпредства в Берлине. Так, передав Йосту ложные сведения о намерении «Укргосторга» купить у Круппа автобусы, удалось заключить контракт с фирмой «Бюссинг». Фирмы «Густав Геншов» и «Зауэр» на протяжении трёх лет снабжали ГПУ оружием, высылая его по почте на условный адрес. Для этого было подготовлено специальное решение Наркомата юстиции. Часть оружия, в том числе для спортивного общества «Динамо», приобреталась через «Укргосорг». Фирма «Густав Геншов», помимо своих изделий, предлагала ещё и продукцию американских фирм. С помощью закупленных Гуревичем приспособлений в ГПУ было налажено производство револьверных патронов. Евгений Самойлович упорно занимался самообразованием, как в оружейном деле, так и в автомобильном. В дальнейшем эти знания спасли ему жизнь. Он сближается с верхушкой ГПУ Украины: Н.С. Бачинским, А.О. Броневым (дядей известного актёра) и, особенно, с Л.Ф. Щербинским, с которым выступал в одной стрелковой команде.
14Заметка в газете называется «Лучшие стрелки столицы» (Харьков до 1934 года – столица УССР). Крайний справа – Е.С. Гуревич.

В 1926 году Гуревич соглашается принять участие в экспедиции на границу Азербайджанской ССР и Персии в район Талышинского хребта. Маленькая экспедиция в составе 3-х человек называлась «Зооботанической Научной Экскурсией Украинского Института Распространения Естествознания (ИРЕ)» и была серьёзно вооружена: винтовка Росса, «Винчестер», карабин Мосина, два дробовых ружья, два «Кольта» и «Парабеллум» с соответствующим количеством снаряжения и патронов. Гуревич числился административным руководителем и заведовал всем этим арсеналом, а также, возможно, выполнял специальное задание ГПУ, о котором остальные участники могли не знать.

15.1Е.С. Гуревич перед экспедицией в Азербайджан. 1926 год.

Руководил экспедицией хороший знакомый Гуревича, Виктор Валентинович Стахорский, ботаник и дарвинист, человек большой физической силы и отличный стрелок, не расстававшийся со своим самозарядным «Винчестером» мод.1907. Третьим участником был ботаник Александр Владимирович Прянишников. В марте 1926 года экспедиция прибыла в Азербайджан. Каковы были научные результаты «экскурсии» — сказать трудно, но специальное задание, судя по всему, было выполнено. Выяснилось, что на участке от Русской Астарты до 4-й нагорной комендатуры граница практически не охраняется. Это дало повод впоследствии утверждать, что Берия «держал границу открытой для доступа персидско-английских бандитов». В ноябре 1926 в «Укргосторге» происходит реорганизация, и Гуревич становится простым специалистом по автотранспорту.

78Е. Гуревич на стрельбище. В руках личный S&W mod.10 38-го калибра со стволом 6,5 дюймов.

В 1927 году Е.С. Гуревич вошёл в состав Стрелкового комитета при Высшем совете по физической культуре Украинской ССР. В 1928 году его отстраняют от секретной переписки на работе. В августе он уходит в отпуск, по окончании которого в Госторг не возвращается.

15Удостоверение Е.С. Гуревича, выданное ГПУ УССР 30 августа 1928 года.

30 августа 1928 года начальник административно – организационного управления Н.С. Бачинский подписывает удостоверение на имя Е.С. Гуревича, как эксперта по оружию ГПУ УССР. И только 2 января 1929 года его формально увольняют из Госторга.

Глава IV. Автомобилист.

Другой «ипостасью», не вписывающейся ни в какие стандарты личности Е.С. Гуревича, была его страсть к автомобилям. Писать об этом в оружейном блоге вроде бы «нонсенс», но и не написать нельзя, поскольку это увлечение сопровождало оружейника Гуревича всю его жизнь. Когда семья Гуревичей перебралась в Харьков, точно неизвестно. Из записок самого Евгения Самойловича следует, что в 13 лет он вынужден был пойти работать подмастерьем к мастеру Я.Я. Бухшпану в оружейную мастерскую К.Г. Эдельберга. В Харькове юный Гуревич впервые увидел автомобиль и…потерял покой. У Эдельберга был шурин по фамилии Дамроф, работавший у В.И. Тевса, хозяина гаража на Рыбной улице. Настоятельные просьбы Гуревича дать рекомендации возымели своё действие: Эдельберг поговорил с шурином. Молодой человек был принят учеником шофёра без жалованья, но с условием, что при плохой учёбе ему придётся доплачивать самому 40 рублей в месяц. Немецкий «Адлер» с керосиновыми фонарями, «как два самовара», стал первой машиной Гуревича. Успехи в обучении были таковы, что уже в мае 1914 года Евгений получил первые в своей жизни автомобильные права из рук председателя правления Харьковского Императорского автомобильного клуба, пивного фабриканта Игнатищева.  В то время в Крыму можно было неплохо заработать, и Дамроф дал Гуревичу письмо для своего знакомого немца-колониста Зенинга, занимавшегося извозом. Большинство крымских автомобильных извозчиков или прокатчиков, как их тогда называли, работали на «линии» Симферополь – Евпатория. Рейс длиною 75 вёрст обходился клиенту в 35 рублей. Гуревич стал работать помощником шофёра у немца Шустера. Красавец кабриолет «Стевер», беззаботные отдыхающие, зарплата в 100 рублей плюс хозяйские харчи, – о чём ещё можно было мечтать юноше 14 лет отроду?
Счастье было недолгим. 31 июля 1914 года в Российской Империи была объявлена всеобщая мобилизация. Начиналась война. Старшего Гуревича должны были призвать на военную службу ефрейтором. Гуревич – младший узнал, что Всероссийский Земской Союз приглашает шофёров для работы на санитарных машинах в действующей армии, выплачивая при этом приличное жалованье добровольцу и пособие его семье. Так в свои неполные пятнадцать юноша оказался на военной службе. Благодаря высокому росту, приписать себе недостающих лет, оказалось, по-видимому, несложно. После этого отец, как единственный оставшийся кормилец, призван в армию уже не был. За всю войну юный шофёр сделал пару рейсов, вывозя раненых из Полтавы и Сум. Самым запоминающимся событием для Евгения Гуревича стал день в марте 1916 года, когда он, стоя в оцеплении, увидел царствующую семью, прибывшую в Харьков. Высокий юноша приглянулся начальнику главного эвакуационного госпиталя, генералу медицинской службы Гурьеву, и Евгений стал водителем его «Мерседеса». Правда, после прихода немцев на Украину в марте 1918 года, пришлось пересесть, как говорил сам Евгений Самойлович, на транспортное средство с «овсяным» двигателем и двумя «скоростями», «тпру» и «но», в кавалерийском отряде Раскинда. В ноябре 1918 года в Германии случилась революция. Немцы, уходя из Харькова, бросили 10 грузовиков «Адлер» прямо в центре на Мироносицкой улице. Кому-то пришла в голову идея сделать из грузовиков броневики. На 4 машины брони хватило, остальные усилили рельсами и, по предложению Гуревича, замаскировали листами фанеры, покрасив их под цвет брони и нарисовав заклёпки. Первый же выезд на боевое задание окончился конфузом. Большевик Курбас, командовавший отрядом, подгонял водителей, а те были рады стараться. В результате были потеряны «грузоленты», надевавшиеся на колёса для улучшения проходимости, а потом стали взрываться покрышки. Обратно некоторые броневики прикатили без резины на задних колёсах. «Адлеры» заправлялись спиртом-сырцом. Ни с ним, ни с оружием на Украине в те годы проблем не было. У устремившихся на родину немецких солдат, изрядно дезориентированных революционными событиями в Германии, можно было купить пулемёт за 10 рублей «керенками», а винтовку – за 40.  Возвращение к любимому занятию произошло в 1921 году, когда Е.С. Гуревич устроился работать в гараж ГПУ Украины. Под его началом оказался старенький «француз» «Бразье», в который удалось «вдохнуть жизнь», но менее тряским от этого он не стал. На этой колымаге пришлось однажды возить весь день «товарища» Дзержинского, приехавшего в Харьков. На следующий день, чтобы хоть как-то смягчить неимоверную тряску, Гуревич засунул под заднее сиденье мешок с песком. Тряска уменьшилась, что было отмечено Дзержинским и послужило поводом для знакомства. Страстное желание Гуревича владеть собственным «железным конём» сбылось в 1922 году, когда он получил у руководства разрешение приобрести английский мотоцикл «Санбим», стоявший без движения в гараже ГПУ. Жил Евгений в комнате на 2 этаже. Мотоцикл был втащен туда, там же и отремонтирован. В 1923 году Гуревич на своём мотоцикле участвовал в пробеге Харьков – Грайворон – Борисовка – Белгород и пришёл к финишу пятым. Пробег был организован Харьковским авто – клубом, активным участником которого был сам Евгений Самойлович. Его девушка, Валя Дмитриенко, из-за которой наш герой потом конфликтовал с местными парнями, жила в Грайвороне в 70 километрах от Харькова. Возможно, что они познакомились во время пробега, или пробег был организован так, чтобы увидеть любимую (тогда понятно, почему пятое место). Можно себе представить, какое впечатление производил на сельских барышень статный мотоциклист.

16Диплом, выданный Е.С. Гуревичу за участие в мотопробеге.

В 1923 году в гараже «Укргосторга» Гуревич обнаружил списанный гоночный «Даймлер» и опять потерял покой. Желание заполучить автомобиль во что бы то ни стало привело его в Москву. Непонятно как, но положительная резолюция руководства ГПУ на письме была получена. Потом была виза Щербинского, главный таможенник Макотинский, уполномоченный по «Укргосторгу» Золотарёв и касса, в которую пришлось внести 250 рублей червонцами. Следует заметить, что так называемый «партмаксимум» в СССР составлял 180 рублей в месяц, а в УССР – 140. Другими словами, Гуревич отдал две своих месячных зарплаты за то, что само не передвигалось, и было, по сути, грудой металлолома на колёсах. Однако через пару месяцев он завёл двигатель своего «Даймлера». Впереди была работа по восстановлению кузова, но желание выехать было так велико, что Гуревич привязал к раме большой ящик и положил мешок с сеном вместо сиденья, решив, что этого для первой поездки будет вполне достаточно. Он посадил рядом маму, которая надела по случаю своё лучшее платье, и, счастливый, выехал из гаража. Так в июне 1923 года в Харькове появился один из первых «частников». На работе в «Укргосторге» Евгений Гуревич стал экспертом по автомобильной технике. В 1925 году он принял участие в знаменитом международном автопробеге Ленинград – Тифлис – Москва. В 1928 году в Харькове открылась авиационная школа Осоавиахима. Гуревич в числе первых поступил в неё и учился вместе с будущей легендарной лётчицей В.С. Гризодубовой. Впрочем, одного полёта хватило, чтобы понять: авиация, в отличие от автомобиля, не для него. Позднее, в Туле, он опять вернётся к своему увлечению, разыскивая и реставрируя старинные автомобили.

Глава V. Шпион.

1Евгений Самойлович Гуревич. Харьков. 1929 год.

В 1928 году в Харькове «красный партизан» Иван Никитин увидел Евгения Гуревича, проезжавшего мимо него на извозчике, и признал в нём пограничного стражника, который под началом ротмистра Шуранова гонялся в Крыму за такими же, как он, дезертирами из армии Врангеля. Спустя некоторое время Никитин видит Гуревича, проезжающего на мотоцикле, а затем нос к носу сталкивается с ним на Университетской горке. Никитин зовёт милиционера, который требует у Гуревича предъявить документы. Тот показывает удостоверение, выданное ГПУ. После этого «партизан» «сигнализирует» куда надо. Хотя друзья из ГПУ не дают делу хода, Гуревич начинает паниковать. Он увольняется из «Укргосторга» и начинает собирать справки, характеризующие его как хорошего работника. Неизвестно, кто посоветовал ему сменить фамилию, но Гуревич хватается за эту возможность. 8 мая 1929 года он меняет фамилию Гуревич на фамилию Черри. С 10 августа по 10 октября 1929 года Евгений Черри работает патронным мастером в оружейных мастерских фельдъегерского корпуса ГПУ УССР.

16Удостоверение патронного мастера Черри Евгения Самойловича. 1929 год.

Однако судьба Гуревича решалась не в Харькове, а в Москве. Дело в том, что ГПУ с лета 1926 года «пасло» Иоганна Йоста, немецкого партнёра Гуревича. Как только они познакомились, Гуревич сразу попал «под колпак» московских чекистов. 4 января 1930 года следователь ГПУ УССР Кардаш, «рассмотрев материалы дознания по подозрению гр. Гуревича Евгения Самойловича в экономическом шпионаже и нарушении монополии внешней торговли», принимает решение об его аресте. В те годы, к счастью, пытки в массовом порядке не применялись. На первом же допросе следователь сообщил, что Йост – германский шпион, и долг Гуревича, как честного сотрудника ГПУ, изобличить его шпионскую деятельность. Полностью деморализованный, он начинает давать показания «в нужном свете», по сути, оговаривая себя. 28 марта 1930 года Чрезвычайной Сессией Харьковского Особого Совещания за экономический шпионаж в пользу Германии Евгений Самойлович Гуревич приговаривается к «высшей мере социальной защиты» – расстрелу. 30 марта Гуревич пишет кассационную жалобу, которая заканчивается следующими словами: «У меня больная старая мама, которая умрет при этом известии. Неужели я должен лишиться жизни только потому, что я абсолютно доверял каждому слову ГПУ и беззаветно служил ему до последних дней своих». 17 мая 1930 года уголовно – кассационная коллегия Верховного суда УССР заменяет высшую меру на 10 лет лагерей, с последующими пятью годами ссылки, поражением в правах и конфискацией имущества. Обвинительное заключение по делу Гуревича было подписано 3 лицами: старшим уполномоченным экономического управления ГПУ УССР Кардашем (он же Гринфельд), начальником II отдела Броневым и заместителем начальника экономического управления Мазо.

 17«Я самый несчастный человек на свете», — написал Е.С. Гуревич в записке, переданной матери после вынесения приговора.

Во времена «большого террора» Кардаш получил 8 лет лагерей, Броневой, получив 5 лет, умер в лагере, Мазо застрелился в 1937 году. 25 ноября 1945 года в Берлине был арестован Йост, который, естественно, признался, что он – шпион. На суде Иоганн Йост полностью отказался от своих показаний. Тем не менее, приговор был суров — 25 лет лагерей. Лев Фомич Щербинский, бывший член коллегии ГПУ УССР, вот кто в действительности остался верен старой дружбе и, как мог, помогал Гуревичу. В 1957 году, когда рассматривалось дело о реабилитации, он дал показания, что Гуревич «…как чекист к работе относился исключительно добросовестно, был очень исполнительным и честным…». 22 апреля 1958 года Военная коллегия Верховного Суда СССР вынесла определение: «…дело о нем за отсутствием состава преступления производством прекратить…». Е.С. Гуревич был реабилитирован.

???????????????????????????????Справка о реабилитации Е.С. Гуревича. 9 мая 1958 год.

Глава VI. Заключённый.

Первым пунктом лагерной эпопеи Гуревича стало строительство Беломоро – Балтийского канала, которое в то время только начиналось: шло проектирование и проводились изыскательские работы. Стоит сказать, что в лагерях Гуревич всегда был на особом положении. Если верить старым записям, то получается, что он был первым начальником работ, другими словами, вторым человеком на строительстве после Лазаря Когана, начальника «Беломорстроя».

67Строительство Беломоро-Балтийского канала.

На этой должности в 1931 году его сменил ни кто иной, как небезызвестный Нафталий Френкель, а сам Гуревич стал начальником транспорта «Беломорстроя». В этом же году по какой-то причине его понижают до начальника механических мастерских на Соловках. В начале 1931 года «население» Соловков составляло 71800 узников. В течение года большая часть была переведена в лагерь Беломоро-Балтийского канала. К концу года на Соловках осталось не более 5000 заключённых. Механические мастерские занимавшиеся, в числе прочего, судовым ремонтом, имели маленький литейный цех со старой вагранкой, которую Гуревичу приказали переоборудовать. Проект выполнил заключённый инженер. Гуревич не был металлургом, но обучался очень быстро. Взяв в лагерной библиотеке учебник по литейному делу, он внёс изменения в проект, отказавшись от мокрого искрогасителя в пользу сухого и придумав автоматические заслонки для поддержания постоянной тяги. Вагранка прекрасно работала, брак снизился в десятки раз.

9г. Кемь. Здание бывшего управления Соловецких лагерей особого назначения.

Что произошло потом — неизвестно, но Гуревича обвинили в «преступно-халатном отношении при переоборудовании вагранки», началось следствие, сам он попал в штрафной изолятор, самое страшное место на Соловках, потерял палец на правой руке, чудом (возможно, благодаря природной сухости кожи) не сгнил заживо. В конечном итоге была установлена его невиновность. Говорят, не было бы счастья, а несчастье помогло: благодаря этой злосчастной вагранке у Гуревича открылся талант изобретателя. Управление Соловецких лагерей особого назначения (УСЛАГ) находилось в старинном городе Кемь. Сюда на должность начальника материально-технического снабжения перевели Гуревича. «По состоянию здоровья». После штрафного изолятора, при росте 187 см, он весил не больше 40 кг. В августе 1933 года Френкель становится начальником строительства Байкало-Амурской железной дороги. Неуёмная энергия и предприимчивость этого «деятеля» постепенно превращают лагеря ОГПУ в крупнейший строительный и индустриальный концерн, которому требуются специалисты и организаторы производства. Гуревича переводят в управление БАМлага на должность начальника автогруппы. Под его руководством оказывается 5200 (!) единиц техники с личным составом. Гуревич живёт в городе Свободный (бывший Алексеевск) без конвоя, как и некоторые его коллеги, которым разрешили привезти семьи. Усиленное питание, 1.3 кг хлеба в день, система зачётов «три за день», — Френкель делает всё, чтобы его инженерно-технические работники полностью отдавались делу. Доходит до того, что заключённому Гуревичу разрешают охотиться и хранить охотничье ружьё. Американская двустволка «Стивенс» сыграла особую роль в становлении оружейника Гуревича, став для него примером функциональности и простоты.

15Разрешение Е.С. Гуревича на хранение охотничьего ружья.

Осенью 1933 года Гуревич делает своё первое серьёзное изобретение – двигатель внутреннего сгорания без коленчатого вала, передача момента в котором происходит от поршня через штангу на наклонный диск или винтовую реборду. В августе 1932 года в Хабаровске начинается строительство авторемонтного завода N 5. В ноябре 1934 г. он был переименован в Государственный авторемонтный завод N 105. Строительные работы продолжались параллельно с основным производством до октября 1936 года. Завод, занимавшийся ремонтом авто и бронетехники Приморской группы войск, располагал небольшим конструкторским бюро. В то время там шли работы по проектированию плавающей танкетки, которой требовался очень компактный двигатель. Изобретение Гуревича пришлось как нельзя кстати. В 1935 году его переводят в Хабаровск старшим инженером-консультантом Дальлага и предоставляют квартиру на ул. Фрунзе 42. В течение 1936 -1937 годов двигатель был создан и испытан. К сожалению, дальнейшая судьба этого изобретения неизвестна. В 1937 году командующим Приморской группой войск становится В.К. Блюхер, «угробивший», по его собственному признанию, своего предшественника, бывшего штабс-капитана царской армии М.К. Левандовского. 12-ти цилиндровый двигатель шикарного «Паккард Твин Сикс» командующего имел обыкновение ломаться. Единственным специалистом, способным разобраться в машине, оказался Евгений Гуревич, который не только её регулярно чинил, но и придумал устройство, позволявшее диагностировать неисправность. Как только переставала работать одна из свечей огромного мотора, тут же загоралась соответствующая лампочка на приборной доске. Блюхер был в восторге от этого нововведения.

14Справка об изобретении Е.С. Гуревичем двигателя. 1935 год.

Система поддержки изобретательской деятельности тогда работала исключительно чётко. Статус заключённого нисколько не мешал подать заявку, получить свидетельство и даже вознаграждение. За свой двигатель в 1937 году Гуревич получил 12800 рублей. 22 октября 1938 в Сочи маршал Блюхер был арестован, 24 октября помещён в тюрьму, а 9 ноября умер при «странных обстоятельствах». На Дальнем Востоке начало раскручиваться «дело Блюхера». Гуревич был взят под стражу. Из него стали выколачивать показания о троцкистской деятельности маршала, а чтобы помочь «вспомнить», поставили «в стойку» в компании двух сторожевых псов. Кто интересуется, может прочитать сам об этой излюбленной пытке, применявшейся в сталинских застенках. Евгения Гуревича допрашивали 12 дней. К концу этого срока его ноги опухли и буквально «вытекли» из ботинок. От расстрела спасла…мама Софья Моисеевна и родная сестра Марина, работавшая в секретариате у Орджоникидзе. Мать уговорила дочь составить телеграмму приблизительно такого содержания: «Как обстоят дела с двигателем Гуревича?» и подписать её, то ли у Орджоникидзе, то ли у самого Сталина, отправив текст телеграммы в его секретариат от имени Орджоникидзе. Обе смертельно рисковали, но трюк удался: НКВДэшники ослабили хватку. Тем не менее, Гуревич был этапирован в лагерь в Заполярье. Зимой началась цинга и пеллагра, кожа сошла почти полностью. Понимая, что может не выжить, Гуревич добровольцем пошёл работать на забой и разделку лошадей, заражённых сапом. За эту работу обещали «скостить» срок на полгода. Произошло чудо: сапом он не заболел. 5 мая 1939 года Евгений Гуревич был освобождён.

Глава VII. Оружейник.

Как и множество других, таких же оружейников — самоучек, Е.С. Гуревич не имел никакого специального образования. В 9 лет он нарисовал духовое ружьё с магазином. Идея юного изобретателя понравилась механику Н.В. Масливченко, воплотившему её в металле. Несколько месяцев ученичества у оружейного мастера Я.Я. Бухшпана создали основу, на которую, как на нить, всю свою жизнь Е.С. Гуревич нанизывал собираемые по крупицам знания об оружии. Талантливый механик, неотягощённый оружейными догмами (а оружейное дело, как известно, крайне консервативно), он рассматривал оружейные конструкции как обычный механизм, полезные свойства которого необходимо было обеспечить самым простым, надёжным и доступным способом.

DSC_0080Е.С. Гуревич.

Сегодня сложно сказать, насколько режим Бамлага 1933 – 1935 годов, позволявший Гуревичу иметь ружьё и охотиться с ним, «способствовал» его изобретательской деятельности. Однако факт остаётся фактом: именно в 1933 году Гуревич начинает прорабатывать конструкцию принципиально нового промыслового ружья. Вот как он сам писал об этом: «…начав свои работы по созданию отечественного промыслового ружья, я остановился на вертикальной спарке стволов, потому что ружьё, созданное по этой схеме, более технологично в производстве, проще, удобней и прочней в эксплуатации. Огромным достоинством вертикальной двустволки является отсутствие асимметрии при соединении стволов разных калибров. Основным и крупным недостатком почти всех иностранных моделей является большая высота и сложность колодки, а также непомерно большой угол между осями бойков и плоскостью капсюлей в момент удара. Мною были испытаны многие схемы, в том числе с поворотными и выдвижными стволами, но остановился я на излюбленной охотниками и мною лично переломке…» Летом 1935 года Е.С. Гуревич написал письмо профессору С.А. Бутурлину, в котором рассказал о своих идеях. 21 августа 1935 года Сергей Александрович подготовил ответ. Мало кто знает об этой переписке, между тем она представляет огромный интерес для всех, кто интересуется русским оружием.

buturlinСергей Александрович Бутурлин.

Москва 6, Каретная Садовая,
3-й дом ЦИКС, кв.32
21 августа 1935 года
Многоуважаемый Евгений Самойлович,
Совершенно напрасно Вы извиняетесь за Ваше обращение ко мне. С тех пор, как я стал выступать со статьями в печати, т.е. с осени 1888 г., я успел давно привыкнуть к получению писем от лично незнакомых мне лиц. Я и теперь их получаю многие десятки ежемесячно, только редко они бывают так для меня интересны, как Ваше письмо.
И я очень жалею, что мне трудно отвечать на него подробно, как бы хотелось, и как требуют поднимаемые Вами интересные вопросы. Дело в том, что работоспособность моя последние годы – 7 лет – сильно ограничена хронической болезнью (общий и костный туберкулёз), работы же очень много по нескольким линиям, и главное внимание моё приходится отдавать не оружейной технике, а зоологии.
Кроме того, ведь я – не техник, не производственник, и если кое-что понимаю в оружии, то лишь как потребитель, старый охотник, — конечно, всегда старавшийся посильно уяснить себе, в чём суть того или другого явления в ружье и в выстреле.
В своё время, лет 40 назад, я был противником трёхстволок (они были тогда и тяжелы, и непрочны). Но затем они стали всё лучше и лучше, и я стал их сторонником, и с 1904 г. чувствую себя без трёхстволки, как без рук в поле. Однако видя, что наши старые, богатейшие заводы никак не могут осилить простой двустволки, я боюсь ставить в задачу дня трёхстволку, и думаю, что практичнее начать с освоения двустволки: охотничьей двустволки и двойника (бюксфлинта) – конечно, с горизонтальным соединением стволов, по целому ряду соображений.
О калибре мы с Вами думаем одинаково, только я сомневаюсь, чтобы матовость канала ствола была выгодной, и чтобы дробь при выстреле могла катиться по поверхности канала. Полагаю, что скольжение, во всяком случае, преобладает. Впрочем, это не важно, т.к. периферические дробины для охотника, во всяком случае, малоинтересны.
Что касается системы, то я два года охотился с двустволкой Тешнера – Коллата 24 кал. и вполне согласен, что система эта прочна и проста чрезвычайно. Но удобной в обращении назвать её трудно. Удобнее верхнего ключа (top-lever) всё-таки ничего нет, если не считать не пущенного в обращение ключа И.И. Береснева на «Иж 8». Привычка, конечно, великое дело. Однако, мой покойный друг и учитель в 1898 г. уговорил меня поставить на мой парадокс 24 кал. любимый им (Ивашенцовым) нижний ключ Дау, и я до сих пор вполне привыкнуть к нему так и не мог.
Хорошо было бы соединить максимум прочности с максимумом удобства.
Указываемая Вами непрочность дешёвых американских двустволок, помимо указываемого Вами же плохого качества металла, объясняется, полагаю, ещё и тем, что фирмы эти за прочностью вовсе и не гоняются. С одной стороны, какой им расчёт наводнить рынок ружьями, которые не знали бы износа. С другой стороны, и потребитель считается с тем, что всё равно «модель» устаревает, делается «немодной» в сравнительно короткий ряд лет. Значит, нет смысла особенно требовать долговечности в других отношениях.
Паркер, если не ошибаюсь, делает осевой болт вставной, с муфтой, так что передний вырез ствольного крюка опирается не прямо на болт, а на муфту, которую можно делать хотя бы даже из латуни, и при появлении шата сменять.
Что касается двустволок (штуцеров) под сильные кордитные патроны, то первые годы их выпуска и Голланд, и Перде, и др. – предупреждали, что они годятся лишь на три сотни выстрелов. После, однако, они стали прочнее за счёт лучших сортов металла колодок.
Относительно стволов припоминаю, что А. Франкотт и ряд других фирм одно время закаливали дульные концы чоковых стволов. Что же касается механического соединения, то дело тут не так уж просто. Есть ещё один важный (для боя дробью) фактор: вибрация стволов. Обратите внимание вот на что. Толстые стволы бьют гораздо лучше тонких (думаю, одна из причин этого факта – более слабые вибрации толстых стволов). И, однако, трёхстволки с их ультратонкими стволами бьют дробью относительно хорошо. Полагаю, что этот факт не противоречит первому, а согласуется с ним: несмотря на тонкость, стволы тройников вибрируют сравнительно мало ввиду спайки, соединения прочного в один пучок трёх стволов. Т.обр. прочное соединение между собою пары стволов может оказаться для боя выгоднее, чем соединение, оставляющее значительную часть длины стволов свободной. Это, конечно, вопрос для опытной проверки.
Насчёт материала стволов – может быть, я не ясно иногда выражался. Я считаю и уверен, что материал стволов не влияет на бой дробью при том условии, что это всё-таки ствольный материал, т.е. поскольку и пока он не даёт остающихся деформаций. После наступления последних, бой конечно изменится, поскольку форма канала будет уже другая, — а огромного влияния формы канала на бой никто никогда не отрицал.
Напомню, что превосходно били и бьют и ружья со стволами разных сталей, разных дамасков, иногда очень мягких. Знаменитые в старину ружья Штарбуса и др., из которых при неважных боеприпасах можно было «бить стрепетов через десятину по диагонали» (С.Т. Аксаков), имели стволы из очень мягкого железа. Я имел безымянную шомпольную одностволку в середине 80-х годов, из которой №7 или 6 анг. счёта наверняка я бил сарычей, сидевших на телеграфных столбах большой дороги – от другого такого же столба. А это, как Вы знаете, 65 м. Ствол у неё был довольно мягкого железа.
О пластической массе для ложи я думал и даже кое-какие справки наводил, но глубже не вникал. А делать ложи металлические предлагал ещё, помнится, лет 25 – 30 тому назад покойный Павел Николаевич Саблин (писавший в Пр. и Ох. ещё в 70-80-х гг. под литерой «С» из Красноуфимска). Думаю, что заменить дерево было бы очень полезным делом.
Вот что очень кратко хотел бы я сказать по поводу Вашего очень интересного письма.
Я последние годы председательствовал в комиссии по охотвооружению Комитета Севера при Президиуме ВЦИК. С 14 апр. по моей болезни заседаний у нас не было, и на днях комитет ликвидирован ( в сущности влился в Гл.Упр.Сев.М. пути). Как только я смогу выходить (я перенёс летом ещё воспаление лёгких) – я надеюсь добиться восстановления этой Комиссии. С Вашего позволения в одном из заседаний хотел бы познакомить наш актив с Вашими соображениями.
Буду всегда очень рад обмену мыслей с Вами. Жаль, что я ещё не получил авторских экз. только что оконченного 7-го издания моей книжечки «Дробовое ружьё». Etc. : оно значительно дополнено и доведено листов до 11-ти. А то я приложил бы 1 экз. к этому письму.
Готовый к услугам. С.А. Бутурлин.

18 ноября 1935 года в ещё одном письме Гуревич изложил свои идеи относительно проекта охотничьего ружья, в котором предполагалось использование принципиально нового замка с «крутильной» боевой пружиной. 8 января 1936 года Бутурлин написал ответ. В этом письме он одобрил использование «крутильной» пружины и дал ценные советы по конструкции самого ружья. Воодушевлённый такой поддержкой, Гуревич подал заявку на изобретение, формула которого звучала следующим образом: «Замок для двуствольного бескуркового охотничьего ружья с одним спусковым крючком на два ствола, отличающийся тем, что в целях увеличения живучести боевой пружины, последняя применена в виде пружины, работающей на скручивание». Заявка была зарегистрирована 23 апреля 1936 года.

DSC_0048Кинематическая схема работы замка с «крутильной» боевой пружиной. Рисунок Е.С. Гуревича.
DSC01103Детали замка Гуревича.
Вертлюг (1), закреплённый на оси (2), являющейся частью спусковой скобы, может перемещаться влево – вправо вместе со спусковым крючком (3). При нажатии на спусковой крючок, может срабатывать либо левое (5), либо правое шептало (4). Под действием пружины (6) вертлюг со спусковым крючком постоянно возвращаются в правое положение. Для предотвращения сдвоенного выстрела служит рассекатель (7), сформированный при штамповке заодно с нижней личиной. Привод курка осуществляется от пружины (8), работающей на скручивание.
DSC01100Замок Гуревича в сборе.
Чертежи ружья, получившего наименование ГЕС-3, описание и фотографии замка Гуревич отправил Бутурлину. В письме он также написал об изобретённой им дульной насадке.
В ответ была получена почтовая открытка, датированная 1 мая 1936 года: «Многоуважаемый Евгений Самойлович, посылку, описание и фотографии получил и разобравшись с ними – напишу подробно. Не дадите ли описание в журнал «Боец — охотник». Также не разрешите ли доложить от Вашего имени в Центр. бюро по качеству с тем, чтобы оно поручило сделать на одном из заводов 2 -3 ружья Вашей системы для испытания? Искренне Ваш С.А. Бутурлин». Часть переписки шла через «Анну Семёновну». Под этим псевдонимом скрывался ангел-хранитель Гуревича — его мама Софья Моисеевна. Всю свою жизнь она старалась быть рядом с сыном и, как могла, помогала ему. 16 июня 1936 года Гуревич отправил открытку Бутурлину, в которой сообщил, что всё ещё ждёт развёрнутое письмо. Долгожданное письмо Бутурлин написал 28 июля 1936 года. В нём он дал высокую оценку ружью ГЕС-3, особо отметив оригинальность, предполагаемую низкую себестоимость изготовления, надёжность и простоту конструкции. В этом его поддержали «охотники и дельные инженеры» ТОЗа Б.А. Страшной и Л.В. Курчевский, которых Сергей Александрович привлёк для консультаций. 8 августа 1936 года заместитель председателя Центрального бюро по качеству ширпотреба «Главметиза» Хохлов направил Гуревичу письмо, в котором сообщил, что чертежи его ружья с «крутильной» пружиной и заключение профессора С.А. Бутурлина переданы на ТОЗ с просьбой изготовить экземпляр ружья до 15 сентября. После этого планировалось собрать совещание для обсуждения перспектив использования нового замка на ружьях, выпускаемых советскими заводами. 6 сентября 1936 года Гуревич написал Бутурлину очередное письмо. В нём он рассказал, что, несмотря на работу «с 7 утра до 2 ночи» в качестве начальника отдела особых конструкций завода № 105, ему удалось изготовить «вчерне» бокфлинт 20 калибра с «крутильной» пружиной. Гуревич был убеждён, что зимой ружьё будет полностью готово, как и технологический процесс его производства, основанный в основном на операциях штамповки. Себестоимость ружья должна была быть не более 60-80 рублей. Далее Гуревич сообщил о результатах отстрела экспериментального ствола 12 калибра с изобретённой им дульной насадкой, а они были таковы, что вполне могли претендовать на мировой рекорд по «дальноубойности».
DSC_0024DSC_0025Письмо Е.С. Гуревича С.А. Бутурлину от 6 сентября 1936 года.
Бутурлин ответил 6 октября: ТОЗ всеми силами уклоняется от изготовления ружья, несмотря на то, что начальник цеха охотничьего оружия Чарский и вышеупомянутый инженер Страшной – «за». В письме сообщалось о готовящемся постановлении СНК СССР об организации Управления по делам охоты. Бутурлин предостерёг Гуревича относительно его способа снаряжения патронов, справедливо полагая, что 41 г дроби и 2.3 г «Сокола» с подсыпкой 0.2 г дымного пороха – слишком «тяжёлый» заряд для 12 калибра. Он также сообщил о результатах своих опытов с патронами для белкования. Оказалось, что половинный заряд при условии пересыпки дроби мукой или мелкими древесными опилками даёт вполне удовлетворительный результат. В этом же письме Бутурлин опять настоятельно рекомендовал Гуревичу написать в журнал Военно – охотничьего общества «Боец-охотник». Статья Евгения Гуревича «Чоковые насадки для ижевских одностволок» появилась в этом журнале в конце 1936 года.
«Прошло уже несколько лет с тех пор, как в печати впервые появились сообщения о компенсаторах Кутса. Давно также известны приставные чоки Паркера.
Мне не приходилось стрелять из ружей с этими приспособлениями, но, судя по их описанию, они страдают рядом конструктивных недочетов, в особенности с точки зрения простоты их выполнения.
Паркеровский чок требует для своего изготовления специальную параболическую развертку. Он также имеет слишком короткую нарезку, которая создает повышенные нагрузки на каждый виток.
Конструкция же компенсатора Кутса чрезвычайно сложна: расширенная часть, параболическое сужение и наклонные каналы. Кроме того, компенсатор требует урезки ствола для его монтажа. Изготовление такого компенсатора очень сложно и в обычной механической мастерской невыполнимо.
Не удовлетворяясь ни тем, ни другим видом приставки (28—32 калибр), я изготовил несколько разных насадок собственной системы, давших превосходные результаты, как по кучности, так и по резкости боя.
Испытанная мною насадка легко может быть изготовлена на любом токарном станке, причем вследствие большой толщины стенок применима любая сталь — инструментальная, буровая и машинноподелочная.
Длина и резьба их равны для всех калибров, а сужение (т. е. разница между диаметром канала ствола и диаметром суженного цилиндра) равна в миллиметрах для:
12-го калибра ………………………1,0 — 1,2
16-го…………….……………………….…0,9 — 1,0
20-го …………………….………………..0,7 — 0,8
24-го……………………………………….. 0,6 — 0,7
28-го…………………….….………………0,5 — 0,65
32-го ………………..…….…………….0,4 — 0,55
В цилиндрической части насадки, являющейся продолжением канала ствола, просверливаются 8 отверстий от 1 до 1,5 мм (в зависимости от сверла). Отверстия предназначаются для выпуска части газов до вылета дроби из ствола. Для навинчивания насадки на конце ствола нужно сделать резьбу от 25—30 ниток на 1 дюйм или миллиметровку, примерно, этого же размера.
При желании ствол может быть урезан на длину насадки. Затем производится резьба и навинчивается насадка. Эта урезка ствола почти не сказывается на бое.
Лучшие результаты с насадками к «ижевкам» 24-го и 20-го калибров при урезке ствола мне удалось получить дробью № 6 на 35 м в 76-см круг; кучность — от 70 до 73% при отличной резкости.
При снабжении насадкой специально изготовленного мною экспериментального ствола 12-го калибра (пригнанного к магазинке Винчестера 10-го калибра) результаты были значительно выше.
Интересно отметить, что лучшим зарядом для этого ствола оказался следующий: дроби — 35 г и «Сокола» — 2,5 г. Насадка этого типа позволяет значительно увеличивать пороховой заряд (если ствол выдерживает, то при бездымном порохе процентов на 20—30) без падения кучности и со значительным увеличением резкости. Отдача почти отсутствует.
Увеличение заряда дроби против нормального ведет к резкому падению и кучности, и резкости.
Стоимость насадки —- 8—12 рублей. После этого простая «ижевка» превращается в прекрасное ружье для стенда и серьезной стрельбы»
27 мая 1937 года Бутурлин направил Гуревичу короткое письмо, в котором сожалел о несостоявшейся встрече зимой в Москве. Судя по всему, профессор и не подозревал, что Гуревич – заключённый. 5 июля Бутурлин получил ответ и 14 июля написал новое письмо. В нём сквозит разочарование от возможностей наших оружейных заводов, которые с обычной одностволкой «справляются с грехом пополам», не говоря уже о двустволках и, тем более, бокфлинтах, до которых «им ещё многие годы придётся учиться». Сергей Александрович сообщил, что заказал на ТОЗе для сына одностволку 28 калибра со сменными чоками и одним регулируемым поличоком. Это последнее письмо замечательного русского орнитолога, путешественника и охотоведа заканчивается следующими словами: «…Пока всего лучшего. Очень буду рад повидать Ваш «бок» 20 кал. и лично познакомиться с Вами. Искренне Ваш С.А. Бутурлин». 22 января 1938 года С.А. Бутурлина не стало.
Весь 1937 год Гуревич бился над своим двигателем для танкетки. Эта работа отнимала всё время и силы. Было не до ружья. Страшные события 1938 года, казалось, положили конец всяким надеждам и иллюзиям. После пыток и допросов, расписавшись на уведомлении о том, что ему «возвращена» смертная казнь, и ожидая её в течение 6 месяцев, Гуревич спасал себя тем, что придумывал в уме (бумаги не было) различные конструкции и сочинял стихи. Освободившись из заключения в мае 1939 года и вопреки всему выжив, он не мог вернуться домой, — впереди было 5 лет ссылки. Чтобы как-то жить, Гуревич переехал в Архангельск и устроился в Управление Сороклага уполномоченным по водным перевозкам. Что такое Сороклаг, написал в своих воспоминаниях бывший НКВДэшник: «Лагерь по своей специфике, как строительный железнодорожный, отличался от других лагерей тем, что в нем не было стабильности, того обустройства, тех подразделений, которые обычно считались необходимым условием для лагеря, где содержатся заключенные. Образно выражаясь, такой лагерь больше походил на цыганский табор, вечно движущийся и кочующий. Обычным явлением считалось, когда колонна заключенных в количестве 250–300 человек свое существование начинала с того, что, приходя в лес, болото, непроходимую тайгу, приносила с собой минимальный запас продуктов и начинала обустраивать себе жилище и тут же занимались работой по прокладке трассы будущей железной дороги». Работая уполномоченным по водным перевозкам, Гуревич придумал способ проводки землечерпалок по Арктике без конвертовки (т.е. без демонтажа и упаковки навесного оборудования), позволявший экономить сотни тысяч рублей. После Сороклага Гуревич работал инженером по транспорту в Севжелдорлаге. В марте 1940 года его оклад составлял 1200 рублей + 10% надбавки «за дальность», ему также был выделен флигель в доме по адресу: ул. Поморская 46. В Архангельске появилось время заниматься оружием. Нужно было срочно найти заинтересованную организацию. Гуревич начал с простого: 8 декабря 1939 года он вступил…. в спортивное общество «Динамо». Его помнили в редакции журнала «Боец – охотник», где, кроме вышеупомянутой статьи о дульной насадке, Гуревич опубликовал ещё одну «К проблеме кинематики дробового выстрела». Статью сопровождали многочисленные редакционные комментарии, опровергавшие отдельные постулаты автора. У прочитавшего эту статью сегодня, создаётся впечатление, что, не упоминая Бутурлина, Гуревич заочно с ним полемизирует. В декабре 1939 года собрание «актива» журнала постановило ходатайствовать перед Наркоматом местной промышленности о помощи Гуревичу в изготовлении ружья. В этом же месяце начальник Главного управления промышленности металлоизделий Наркомата Абрамян написал письмо заместителю Берии Чернышёву с просьбой оказать содействие Гуревичу в изготовлении ружья, которое планировалось после испытаний производить в Ижевске. Очевидно, что какое-то решение было принято, потому что в 1940 году появилось ружьё ГЕС-7.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????Ружьё ГЕС-7. 1940 год.
9 октября 1940 года газета «Известия» сообщила: «АРХАНГЕЛЬСК. Конструктор Е. С. Гуревич закончил в одной из архангельских мастерских изготовление образца двуствольного дробового ружья оригинальной системы, приспособленного для охоты на севере. (Разумеется, им можно пользоваться и в других широтах). Концы стволов ружья снабжены сменными насадками, резко улучшающими бой и кучность за счет газосброса. Особенно интересен механизм замка с так называемыми, крутильными пружинами, имеющими ряд преимуществ перед пружинами спиральными и пластинчатыми. Крутильная пружина не боится мороза, гарантирует от осечек зимой, не требует смазки и долговечна. Стоимость ружья Гуревича в массовом производстве составит 80—100 рублей. Именно такой тип ружья — дешевого, простого, надежного и нужен в северных районах страны».
DSC01105
 Замок ружья ГЕС-7: 1. Основание; 2. Боевые пружины; 3. Пружины шептал; 4. Личинка; 5,10. Оси курков; 6. Курки; 7. Рычаг затвора; 8. Предохранитель; 9. Шептала; 11. Взводитель.  
Эта маленькая заметка сыграла решающую роль в судьбе изобретателя Гуревича. С ним связался директор Центральной лаборатории биологии и техники промысла ВО «Заготживсырьё» Наркомата заготовок Новиков и предложил принять участие в совещании по оружию для промысловиков в качестве основного докладчика. В декабре 1940 года Гуревич начинает вести научную реферантуру по промысловому ружью в Центральной лаборатории. 23 декабря 1940 года регистрируется его очередная заявка на изобретение «Охотничье двуствольное ружьё». Речь идёт о ружье ГЕС-7. Двустволка 20 кал. с вертикальным расположением стволов, скреплённых хомутом, имеет оригинальный замок с «крутильными» боевыми пружинами. Оси бойков находятся в плоскости вращения курков. Оси курков расположены симметрично относительно горизонтальной плоскости, проходящей между стволами. При повороте рычагов затвора (7), расположенных по бокам ствольной коробки, перемычка, соединяющая их сверху, отпирает ствольную муфту. Гуревич всё-таки не послушался Бутурлина и выполнил внутреннюю поверхность каналов у дульного среза шероховатой.
DSC01112Ружьё ГЕС-8. 1941 год.
Уволившись из системы ГУЛАГа, с 1 февраля 1941 года Гуревич, под контролем НКВД, начал работать дома над новой конструкцией – ружьём ГЕС-8. Ему помогали 3 «зэка», прикомандированные по личному распоряжению начальника Управления НКВД Архангельской области Панфилова.
DSC01066Справка, выданная Гуревичу НКВД Архангельской области. 15 января 1941 года.
DSC01107Замок ружья ГЕС-8: 1. Основание; 2. Гайка анкерного винта ложи; 3. Боевая пружина; 4. Подвижная стойка предохранителя; 5. Шептало; 6. Личинка; 7. Курок; 8. Крепление щеки коробки; 9. Рычаг верхнего ключа; 10. Пружина шептала; 11. Рычаг; 12. Рамка затвора.
Вот, что писал Гуревич о своих ружьях: «…начиная с модели ГЕС-7, я совершенно отказался от подушек, и весь запас металла использовал в боковых пластинках-щёчках, которые, работая на ребро, отлично выдерживали огромные нагрузки… Боковые щёчки…изготавливаются из обычной стали 50…и полностью готовые, приклёпываются к остову коробки… Многолетние тяжёлые испытания при стрельбе усиленными зарядами доказали исключительную прочность и живучесть таких колодок. Изготовление же колодки из отдельных элементов и раздельная калка намного упрощает технологию и даёт возможность сборки ружей набором элементов по допускам совершенно без ручной подгонки».
Замок ружья ГЕС-8 работает следующим образом. При повороте рычага верхнего ключа (9) вправо, рамка затвора (12) движется назад, выходя из зацепления с блоком стволов. Рамка, взаимодействует с рычагом (11), отводящим бойки. Освобождённый блок стволов поворачивается на своих полукольцевых выступах в гнёздах боковых щёк коробки. Сухари, расположенные по бокам ствольной муфты, нажимают на хвосты взводителей, поворачивая их вокруг оси. Взводители взводят курки (7). Курки, поворачиваясь, закручивают боевые пружины (3), нагнетая их. Под действием пружины (10) шептала (5) запирают курки.
DSC_0101«Крутильная» боевая пружина ружья ГЕС-7.
14 февраля 1941 года архангельская газета «Правда Севера» опубликовала заметку «Промысловое ружьё Гуревича»: «…Тов. Гуревич сконструировал две модели ружья – «ГЕС-7» и «ГЕС-8». Обе модели снабжены замками с крутильными пружинами – чрезвычайно простыми и надёжными. Кроме того, ружьё – бокфлинт имеет компактную сборную штампованную колодку, рассчитанную на изготовление из металлического лома: щёчки – из лома автомобильных рессор, а сердечник – из лома «Газ – АА» или «ЗИС», или из лома хвостовиков «ЗИС-5». Стволы делаются из выбракованных стволов различных типов винтовок, в том числе, старинных берданок. Полученные образцы были испытаны и дали превосходные результаты, как на прочность ружья, так и на качество боя…»
 Новый точечный рисунокЗаметка в газете «Правда Севера». 14 февраля 1941 года.
В апреле 1941 года на испытательной станции при стенде ВЦСПС состоялись сравнительные испытания ружья ГЕС-7, модели «Б» ТОЗа и бельгийского «Пипера». Ружьё Гуревича обошло конкурентов по всем показателям, получив 10 штрафных очков. ТОЗ –Б получило 135 штрафных очков, а «Пипер» был снят с испытаний из-за поломки боевых пружин, получив 935 штрафных очков. 15 апреля 1941 года Исполком Архангельского Облсовета принял решение направить Гуревича с ружьём ГЕС-8 на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку. 30 апреля 1941 года на Новочеркасском заводе «Дроболит» прошли успешные испытания ружья ГЕС-8 24 калибра. 10 мая 1941 года начальник ВО «Заготживсырьё» Сидоров направил письмо председателю Архангельского Облисполкома Огаркову с просьбой помочь в изготовлении 100 ружей ГЕС-8 в текущем году. В «Бойце – охотнике» выходит новая статья Гуревича «Охотничье ружьё системы «ГЕС- 8»». Он пишет о том, что ружьё планируется поставить на поток в 1942 году. В зависимости от возможностей производства, стволы могут быть соединены в блок хомутом или спаяны (уроки Бутурлина не прошли даром). Далее он пишет: «…Сборная рамка образует также и каркасную шейку ложи, в результате чего приклад собственно продолжается только до шейки, и поломки шейки совершенно исключены. Стальная каркасная шейка закрывается с двух сторон боковыми щитками из пластмассы. Сочленение стволов с колодкой также своеобразно: стволы опираются не крюком на болт, а вращаются на круговых сегментах и в круговых пазах щёчек; в результате этого опорная поверхность значительно больше, а колодка, ввиду отсутствия подушек для помещения крюков, ниже и проще. Экстрактор имеет очень сильный двусторонний привод, и движется при открытии независимо от цевья, упираясь в выступы щёчек… Ложа и цевьё в массовом производстве запроектированы из пластмассы…». Удивительно то, что эта статья написана в 1941 году, и речь в ней идёт не о ружье ТОЗ-34 с «шарниром Коровякова», а о ружье ГЕС-8 конструктора Е.С. Гуревича.
Глава VIII. Инженер-оружейник НКВД.
Архангельск перед войной был не самым плохим местом для бывшего заключённого. Не знаю, чувствовал ли Гуревич себя счастливым, но у него был свой угол, работа, рядом была мама, и он встретил женщину, которую полюбил. Её звали Нина Никифоровна Дорожкина, она была моложе Евгения Самойловича на 19 лет. 6 марта 1941 года у них родилась дочь Элеонора.
1Е.С. Гуревич с дочерью Элеонорой.
Последним довоенным ружьём Гуревича стала модель ГЕС-9 20-го калибра с рычагом затвора на боковом основании ствольной коробки. Замки ружей ГЕС-7,8 и 9 с боевыми «крутильными» пружинами похожи; они взводятся при «переламывании» ружья, когда штифты ствольной муфты нажимают снизу на хвосты взводителей, расположенные на внутренней стороне щёк ствольной коробки. Штифты подпружинены, благодаря этому, а также скосам на торцах, они легко перескакивают через взводители при сборке ружья.
2Ружьё ГЕС-9: рычаг затвора
3Ружьё ГЕС-9: запирающий клин.
4Замок ружья ГЕС-9. 55.1

Ружьё ГЕС-9: механизм ограничителя открывания.

Неавтоматические предохранители ружей ГЕС-7,8 и 9 запирают только спусковые крючки. Для сборки и разборки ружей ГЕС-8 и 9 необходимо утопить ограничители открывания с помощью кнопки в нижней части муфты. В ружье ГЕС-7 используется классический шарнир из 2-х боковых крюков, опирающихся на цапфы. В ружьях ГЕС-8 и ГЕС-9 шарнир выполнен в виде сегментарных выступов, вращающихся в кольцевых пазах ствольной коробки. Думаю, его по праву можно называть «шарниром Гуревича». Стволы ружья ГЕС-9 имеют дульные насадки с газосбросом, и ничем между собой не скреплены.

6.1Ружьё ГЕС-9: дульные насадки.

6.2Ружьё ГЕС-9: шарнир Гуревича.

Война поначалу мало что изменила в жизни Гуревича. В августе 1941 года он получил охотничий билет и ответ В.А. Дегтярёва на письмо, отправленное до войны. Знаменитый конструктор стрелкового оружия писал, что живучесть «крутильных» пружин в охотничьих ружьях не вызывает у него сомнений, и нужно при случае проверить, как они будут работать в автоматике военных образцов.

6

Письмо В.А. Дегтярёва Е.С. Гуревичу от 7 августа 1941 года.

11 октября 1941 года комиссия в составе представителей Архангельской конторы «Заготживсырья», Госохотинспекции при Архангельском облисполкоме, Северной зональной охотбиостанции и общества «Динамо» присутствовала на сравнительных стрельбах ружья ГЕС-9 20 калибра и ружья ТОЗ-Б №16517. Ружьё Гуревича оказалось лучше по всем параметрам.

7

Охотничий билет Е.С. Гуревича. Август 1941 года.

Промышленные предприятия Архангельской области переключались на выпуск военной продукции. В ноябре 1941 года Гуревич поступил на службу в НКВД и в должности старшего инженера участвовал в организации производства штатных миномётов на спецзаводе НКВД №2 (после войны — «Севдормаш», г. Северодвинск). В кооперации с этим заводом работал 5-й участок Архангельской промышленной исправительно-трудовой колонии, располагавшейся на левом берегу Двины между станцией Исакогорка и портом Бакарица. Корпуса мин изготавливал спецзавод НКВД №1 («Конвейер», Новодвинская крепость). На вооружении нашей армии к началу войны находился 50 мм ротный миномёт в модификациях 1938 и 1940 годов. Для стрельбы на различные дальности применялся один и тот же заряд. Дальность стрельбы регулировалась дистанционным краном, имевшим специальные окна, через которые часть пороховых газов выходила наружу. Вращая кран, можно было менять проходное сечение окон, изменяя объём используемых газов, а, следовательно, и дальность. В миномёте образца 1940 года была уменьшена длина и упрощена конструкция дистанционного крана. Для защиты расчёта миномёта от газов, выходящих через дистанционный кран, опорная плита имела специальный козырек. В 1941 году появился 50 мм миномёт В.Н. Шамарина с газоотводной трубой. Положение на фронтах в первые годы войны заставляло тыл работать с невероятным напряжением сил. Сохранился интересный документ – письмо заместителя начальника УНКВД по Архангельской области Шнюкова заместителю Берии Чернышову от 31 января 1942 года: «Инженер – оружейник НКВД АО тов. Гуревич Е.С. за время его работы по освоению выпуска штатных миномётов на спецзаводе 2 сконструировал и выполнил несколько новых систем ротного миномёта (и это за 2 месяца (!) – прим. автора), из которых последняя его система имеет ряд преимуществ перед существующим штатным как в части упрощения и облегчения конструкции, так равно в более высоких тактических качествах. Тов. Гуревич Командующим АВО – генерал-лейтенантом тов. Романовским командирован в НКО для представления образцов его миномёта. Прошу Вашего содействия в продвижении этого вопроса, так как по моему убеждению и по отзыву ряда наших работников эта система ввиду её малого габарита, портативности и постоянной готовности к бою особенна ценна для нужд истребительных батальонов. Для более подробного освещения этого вопроса я прошу Вас разрешить тов. Гуревичу сделать Вам подробный личный доклад» (орфография и стилистика оригинала сохранены – прим. автора).

Глава IX. Военный изобретатель

К сожалению, военные разработки Гуревича большей частью были засекречены, а приоритетные справки и авторские свидетельства имеют гриф «не подлежит оглашению». Тем не менее, название одного из таких изобретений, относящегося к «архангельскому» периоду жизни изобретателя, известно. Это «50 мм миномёт с глушителем и упрощённым краном». В 1942 году Гуревич дважды ездил в Москву в Народный комиссариат обороны, где представлял свои разработки. Эти поездки не прошли даром. 1 апреля 1942 года Гуревич уволился из НКВД и стал, по сути, свободным конструктором и экспертом с удостоверением «старшего инженера оружейника изобретателя» (!) при начальнике Управления артиллерии Архангельского военного округа. Такое уникальное для военных лет положение Гуревича был обусловлено тем, что он оказался одним из немногих в округе специалистов в области стрелкового оружия.

10Удостоверение «старшего инженера оружейника изобретателя» Гуревича.

Занимаясь миномётами, Гуревич пришёл к выводу, что живучесть расчёта на поле боя можно повысить, минимизировав демаскирующие признаки самого выстрела. Возможно, это и послужило причиной его интереса к проблеме бесшумной стрельбы. По данным бывшего сотрудника НИПСМВО (в годы войны — Научно-исследовательский полигон стрелкового вооружения Красной Армии), известного коллекционера К.В. Соловьёва, в первой половине войны на этом полигоне проходил испытания бесшумный миномёт КБ завода № 58, в конструкции которого использовался принцип расширения газов в переменнозамкнутом объёме. Информации, имел ли Гуревич какое-либо отношение к этому миномёту, нет. В ноябре 1943 года прошли испытания бесшумных патронов Гуревича, использовавших тот же принцип. Под эти патроны калибра 5.6 и 6.5 мм были изготовлены примитивные однозарядные пистолеты, спроектированные Гуревичем по схеме охотничьей «переломки». В испытаниях наименьшую слышимость продемонстрировал патрон калибра 6.5 мм, далее — калибра 5.6 мм, револьвер «Наган» с глушителем «Брамит», пистолет «ТК» Коровина, «Наган» без «Брамита» и, наконец,

11.1«Наган» с глушителем «Брамит» (слева). Однозарядный пистолет Гуревича кал. 5.6 мм (справа).

пистолет «ТТ». Патроны Гуревича показали лучшую кучность, чем «Наган» с «Брамитом». После испытаний почти все гильзы калибра 6.5 мм и половина гильз калибра 5.6 мм имели критические дефекты, более того, извлечь их из патронника без шомпола было невозможно. Эти результаты легко объяснить, если принять во внимание способ достижения бесшумности, использованный Гуревичем в своих патронах, а также тот факт, что сделаны они были на базе обыкновенных охотничьих латунных гильз 20 и 32 калибров.

11Оружие, участвовавшее в испытаниях. Под №1 – однозарядный пистолет с бесшумным патроном калибра 6.5 мм.

12

Принцип работы бесшумного патрона Гуревича.

Такой способ, основанный на запирании пороховых газов в гильзе и использовании жидкости в качестве рабочего тела, был запатентован в США Джозефом Е. Бизелом из Питсбурга (патент № 692819 от 11 февраля 1902 года). Думаю, не столь и важно, знал ли Гуревич об этом патенте или нет. У американца дальше патентования дело не пошло, Гуревич же доказал, что этот способ работает, и создание комплекса оружие – патрон на его основе возможно. В этом смысле проведённые испытания можно считать успешными. Пистолеты для испытаний были изготовлены при участии ЦКБ-14 (п/я №9), ныне – КБП (г. Тула). Вся дальнейшая деятельность Евгения Самойловича связана с этой организацией. Результатом работы Гуревича над оружием для бесшумный стрельбы стал его револьвер «для поражения живой силы на близких расстояниях при специальных заданиях» и патрон для него калибра 7.62 мм, появившиеся в 1944 году. Остановимся подробнее на конструкции револьвера. Габариты: длина – 230 мм, ширина – 50 мм, высота — 140 мм, вес — 0.88 кг. Ствол длиной 110 мм соединён с рамкой резьбой и заштифтован. Взведение осуществляется вручную за спицу курка. «Крутильные» пружины: боевая и пружина спускового крючка — расположены в рукоятке. Курок ставится на предохранительный взвод путём незначительного оттягивания за спицу. Подпружиненный боёк находится в рамке. Усилие спуска – 2 кгс, ход – 3 мм. Барабан на 5 патронов во время взведения курка поворачивается с помощью механизма, напоминающего «зигзаг» Маузера. Только в отличие от него, ползун револьвера Гуревича упирается не в наклонный паз, а в наклонный выступ. Зазор между стволом и барабаном – 6 мм. После открытия дверцы барабана, патроны вставляются и извлекаются вручную. Для отделения барабана нужно откинуть спусковую скобу и вытянуть ось. Что касается боеприпаса, то в паспорте указан «7.62 бесшумный патрон Генриет». Что это такое, выяснить пока не удалось. Если учесть, что паспорт заполнялся в 1960 году, а описание патрона сделано на основании переводной статьи из США, то, думаю, относиться к этой записи стоит достаточно критически. Револьвер Гуревича имеет несколько модификаций. Одна из последних хранится в Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи. Этот револьвер значительно отличается от первого образца 1944 года. Удивительно, но в КБП до последнего времени никто ничего не знал о патронах Гуревича. И.Я. Стечкин, сам занимавшийся бесшумным оружием (вспомнить хотя бы его стреляющий портсигар), утверждал, что рабочим телом в этих патронах была не вода, а спирт. Револьверы Гуревича — опытные образцы. Никаких сведений об их применении или, как писали некоторые авторы, мелкосерийном производстве найти не удалось.

14Поздняя модификация револьвера Гуревича для стрельбы бесшумными патронами калибра 7.62 мм и, предположительно, патрон к нему.

С 1943 года проходили полигонные испытания каких-то секретных конструкций Гуревича. Сегодня известны лишь некоторые названия, например, «Поток» или «ГАРС» (Гуревича активно-реактивный снаряд). К сожалению, работы Евгения Самойловича в области артиллерии и бесшумной стрельбы не получили развития, а документация осела где-то в недрах ведомственных архивов. Разработчики бесшумных патронов в ЦНИИТОЧМАШе использовали принцип запирания газов в гильзе ничего не зная о конструкциях Гуревича. А вот в годы войны о них были осведомлены на самом «верху»: «Не подлежит оглашению.Начальнику ГАВТУ Красной армии генерал-майору танковых войск тов. Белокоскову. В связи с проводимыми по заданию Секретаря ЦК ВКП/б/ тов. МАЛЕНКОВА Г.М. работами над конструкцией тов. Гуревич Е.С. в целях сохранения особой секретности при выезде на полигоны для испытаний ограниченному числу лиц, прошу Вас отпустить ЦКБ-14 НКВ СССР, два трофейных мотоцикла с прицепом и один мотоцикл без прицепа /одиночка/. Последний необходим для установки на нем объекта констр. Гуревич. О вашем решении прошу не отказать сообщить по адресу гор. Тула, ЦКБ-14 НКВ СССР. Начальник и Главный конструктор ЦКБ-14 НКВ СССР Шолохов». О работах Гуревича знал Главный маршал артиллерии Н.Н. Воронов, покровительствовавший конструктору и предоставивший ему с 1944 года особый статус изобретателя, работающего по заданию Артиллерийского комитета Красной Армии.

Всю войну Гуревич занимался новыми моделями охотничьих ружей. В моделях 11 и 12 предполагалось использовать в качестве шарнира цапфы, а в качестве нижнего узла запирания — подвижный клин. В 1944 году было готово ружьё ГМ-14 (ГМ – Гуревича модель), в котором впервые был применён ударниковый замок. «Вертикалка» под патрон 20х70 имеет вес 3.6 кг, ствольный блок длиной 665 мм весит 1.85 кг.

16171819Ружьё ГМ-14. 1944 год

Шарнир выполнен в виде сегментарных выступов,вращающихся в кольцевых пазах ствольной коробки. Верхний ключ затвора приводит горизонтальную рамку, заходящую в пазы ствольной муфты. Взведение замков происходит также как у всех остальных ружей Гуревича — при переламывании ружья нажатием штифтов ствольной муфты на хвосты взводителей (1) снизу. Штифты подпружинены для перескока через взводители при сборке ружья. Для этой же цели на рёбрах хвостов взводителей сделаны скосы. Взводители поворачиваются вокруг оси (2), взаимодействуя с промежуточным рычагом (3), который взводит ударники (4), запираемые шепталами (7). С этим же рычагом взаимодействует рамка запирания, что даёт возможность плавного спуска замков. Кнопка неавтоматического предохранителя расположена в центральной части щитков, прикрывающих механизм.

20Схема замка ружья ГМ-14: взводитель (пунктиром) (1), ось взводителя (2), промежуточный рачаг (3), ударники (4), пружины шептал (5,6), шептала (7).

Сам предохранитель запирает шептала. Для снятия ствольного блока необходимо вытянуть экстрактор, выступы которого ограничивают угол открытия ружья. Стволы в дульной части соединены накидной муфтой, с которой верхний ствол имеет посадку с натягом, нижний – скользящую. Недалеко от дульного среза в стволах сделаны отверстия для газосброса. Половинки неотъёмного цевья крепятся к ствольному блоку винтами. На модели ГМ-14 Гуревич впервые применил промежуточную сменную планку на щитке колодки.

23Оригинальный чертёж ружья ГМ-15.

В модели ГМ-15 Гуревич вернулся к замку с «крутильной» пружиной, которая стала называться «торсионной» (сказалось влияние инженеров ЦКБ-14), и нижнему клиновому затвору. Шарнир такой же, как на ружье ГМ-14. Механизм ружья ГМ-15 работает следующим образом. При отведении рычага (4) в сторону, его палец тянет клин затвора (16), сжимая пружину (11) и освобождая ствольный блок. Затвор взаимодействует с промежуточным рычагом (2), втягивающим бойки. Штифты (17), нажимая на хвосты взводителей, поворачивают их вокруг оси. Шпилька (3), связывающая взводители, скользит по выемкам курков (5,6) и взводит их. Курки нагнетают боевые торсионные пружины (8,9). Курки запираются шепталами (7,15). Экстрактор (1) боковыми шипами скользит по скосам щёк коробки, извлекая гильзы из патронников. Упираясь своими шипами в соответствующие выступы щёк, он же ограничивает угол открытия ружья.

21Ружьё ГМ-15.

22Поздняя модификация ружья ГМ-15. Подарено И.Я. Стечкину в 1949 году. Имеет дарственную табличку на ложе.

Чтобы снять блок стволов, нужно экстрактор вытянуть вверх. Спусковые крючки (12,13) через ещё один промежуточный рычаг (14) воздействуют на хвосты шептал, выводя их из зацепления с курками. Предохранитель работает справа налево, запирая шептала. Ружьё ГМ-15 имеет несколько модификаций.

Ружьё ГМ-16.

Великую Победу Гуревич встретил с новым ружьём ГМ-16, наиболее совершенным из всех, сделанных им в военные годы. Эта модель примечательна во многих отношениях, в том числе потому, что именно на ней впервые был применён шарнир, ставший прототипом знаменитого «мёртвого» шарнира ЦКИБ СОО. Гуревич называл его «цапфовым сухарём».

24Ствольная коробка ружья ГМ-16: «цапфовый сухарь» (1), запирающий клин (2), промежуточная сменная планка (3), рычаг- взводитель (4)

Предоставим слово документам, датированным 1945 годом. Главный маршал артиллерии Н.Н. Воронов: «Необходимо изготовить серию мод.16 тов. Гуревича в количестве 1000 ружей для широкой проверки охотниками в различных областях Советского Союза, а затем можно будет рекомендовать на валовое производство. Ружьё простое, прочное и рабочее». Технический совет Наркомата вооружения СССР: «Изобретатель т. Гуревич Е.С. разработал оригинальную систему рациональной двухстволки, проверенную полигонными испытаниями на: бой, прочность, безотказность и живучесть. Ружьё т. Гуревич приспособлено для поточного производства современного, технологическими методами, с взаимозаменяемостью частей, что удешевляет его стоимость. Председатель д.т.н. Сатель. Зам. Начальника ТО НКВ генерал-майор арт. службы Толочков». Народный комиссариат заготовок: «…считает, что она (мод.16 – прим. автора) является наиболее совершенной из всех моделей…просит НКВ ускорить выпуск пробной партии…в количестве не менее 500 штук. Зам. начальника В/О «Заготживсырьё» Наркомата заготовок СССР А. Сидоров». Всеармейское военно-охотничье общество: «…считает, что …модель 16 является наиболее совершенной и это ружьё необходимо возможно скорее поставить на массовое производство. Подполковник Чирков, подполковник Сысойкин, полковник Скворцов». Начальник артиллерийской академии генерал-полковник Хохлов и его специалисты определили это ружьё как эталонное «по всем его техническим показателям». Управление по делам охотничьего хозяйства при Совмине СССР в лице заместителя начальника С.В. Бутыгина полагало, что эта модель «будет иметь широкий сбыт среди охотников как рациональная, простая и прочная система».

Ствольная муфта (слева) и соединение стволов ружья ГМ-16.

Директор охотничьего стенда и испытательной станции ВЦСПС Б.А. Крейцер был уверен, что ружьё ГМ-16 – явление в мировом оружейном производстве, поскольку «кладёт начало действительно рациональной конструкции» охотничьего ружья. Вот выдержка из заключения комиссии ЦКБ-14 и оружейного завода: «Количество деталей сокращено до 65. Детали крупных размеров и простой конфигурации, приспособленные для станочной обработки и взаимозаменяемости. Значительному упрощению производства способствуют: а) механическое соединение стволов без пайки; б) добавочная промежуточная планка на щитке коробки; в) унификация резьб, размеров шпилек и отверстий (число размеров резьб – 2 разм., шпилек – 3); г) конструкция деревянных деталей обеспечивает простоту изготовления при значительной прочности последних и допускает замену деревянных деталей пластмассовыми. Все вышеуказанные особенности конструкции обеспечивают возможность …сборки…без использования высококвалифицированных специалистов. Начальник ЦКБ-14 Вартазарян, гл.инженер завода Кочерыгин, гл. инженер ЦКБ-14 Шолохов, начальник производства завода Кузьмичёв, гл. конструктор завода Васильев. 2 декабря 1945 года». Отличные отзывы о ружье ГМ-16 — во многом следствие применения замка ударникового типа. В отличие от замка ружья ГМ-14, в ГМ-16 Гуревич перенёс шептала с внешней стороны ударников на внутреннюю. Кнопка предохранителя, запирающего шептала, «переехала» на привычное место. Существует много модификаций ружья ГМ-16. Вот некоторые из них: «лёгкая» — 12 кал., вес — 2.8 кг, стволы – 640 мм; «тяжёлая» — 20 и 16 кал., вес – 2.9 и 3.0 кг, стволы – 650 и 720 мм, «двойник» — 28 кал. плюс нарезной под патрон 14.5 мм конструкции Гуревича, вес – 3.1 кг, стволы – 670 мм; «промысловое» — 28 кал. плюс нарезной под патрон 5.6 мм кольцевого воспламенения, вес – 3.0 кг, стволы – 650 мм; «уточница» — 28 кал. под латунную гильзу, вес – 3.2 кг, стволы – 810 (!) мм.

Механизм ружья ГМ-16: 1 — рычаг-взводитель; 2 — пружина затвора; 3 — ударники; 4 — боевые пружины; 5,6 — шептала; 7 — пружина шептал.

 

О том, что это были за ружья, свидетельствует акт комиссии ЦКБ-14 о пробном отстреле модели ГМ-16 20 кал. от 30 ноября 1945 года. Испытывалось ружьё весом 2.9 кг, с длиной стволов 650 мм, верхний — с лёгким напором 0.08 мм, нижний — чок 0.83 мм, оба с газосбросом. Стрельба велась на 25 метров на резкость и на 35 метров на кучность при температуре 0 град. дробью №5. Лучшие результаты по кучности были показаны при снаряжении в папковую гильзу 1.1 гр аллюминированного пороха НПБЛ 14-10, с укладкой на порох 1 картонной прокладки и 2.5 войлочных осаленных пыжей. Снаряд – 27 грамм (125 дробин). Дробь была закрыта картонной прокладкой с обычной закруткой гильзы. Цифры кучности следующие: в круг 75 см на 35 метрах дистанции попало 61% дробин из цилиндра и 70 % дробин из чока. При стрельбе на резкость зарядом 1.4 грамм пороха и 27 грамм дроби всеми дробинами была пробита сосновая доска толщиной 20 мм, часть дробин вошла во вторую доску на глубину 8 мм. Механизм ружья работал «плавно и безотказно».
Таким образом, в 1945 году в СССР было полностью готово к производству охотничье ружьё инновационной конструкции с вертикально спаренными стволами, не имеющее аналогов в мире. Но вместо этого, как это часто бывало в нашей стране, началось бесконечное «хождение по мукам».

Глава X. По заданию арткома.

Весной 1945 года Гуревич решил перевезти семью в Тулу. Ехали через Москву. Вечером был грандиозный салют. Это был Салют Победы.
До февраля 1946 года Гуревич работал старшим инженером – оружейником при Артиллерийском Комитете (Арткоме) ГАУ КА под началом председателя Арткома генерал-полковника артиллерии В.И. Хохлова. Известно, что из нескольких образцов, выполненных изобретателем по заданию комитета, два были приняты на вооружение. К сожалению, детали неизвестны. Пролить свет могли бы архивы отдела изобретательства Министерства вооружённых сил (МВС) СССР, но найти их пока не удалось. В протоколе совещания по промысловому оружию, состоявшегося 18-19 февраля 1946 года, было записано, что Министерство вооружения принимает на себя обязательство изготовить в IV квартале 1946 года 200 ружей конструкции Гуревича. Но ни в IV квартале, ни позднее и вообще никогда ружья Гуревича не изготавливались серийно. Этот факт сложно объяснить, тем более что имеется много документов, аналогичных, например, такому письму Министерства вооружения от 16.4.1946 года: «Директору завода № 536 (ТОЗ – прим. автора) Романову. Начальнику ЦКБ-14 Вартазарян. Предлагаю немедленно собрать одно ружьё ГМ-16. Ружьё сдать заводу № 536 для использования в качестве эталона при запуске в производство». 19 июля 1946 года на стенде ВЦСПС были проведены пробные стрельбы ружья Гуревича ГМ-16 20-го калибра. Стрелял мастер спорта Борис Леонов, выигравший чемпионат ВМФ 1946 года. До этого он никогда не стрелял из «вертикалки», а ружьё ГМ-16 держал в руках первый раз. Тем не менее, в трёх сериях Леонов показал результат от 80 до 85 очков, превысив результаты стрелявших вместе с ним московских спортсменов, вооружённых садочными «горизонталками» 12-го калибра высокого разбора. По воспоминаниям присутствовавших на этих стрельбах Крейцера, Свентицкого и Толстопята, все тарелки были биты на мелкие фрагменты. Пожалуй, стоит сказать, что Борис Александрович Крейцер, первый заслуженный мастер спорта СССР по стрельбе, в послевоенные годы – заведующий испытательной станцией охотников при стенде ВЦСПС, был самым горячим сторонником ружей Гуревича, начиная с 7-й модели, которую он испытывал в 1940 году. Крейцер писал об остроумных и оригинальных особенностях этих ружей: полном отсутствии механизма цевья, исключительно надёжном экстракторе, заменяющим механизм цевья, оригинальном и долговечном шарнире, колодке, собранной из простых деталей, изготовленных на станке, наличии промежуточной планки на щитке колодки, делающей устранение шата доступным охотнику, сменных непаянных стволах в любых комбинациях, отсутствии подушек и так далее. Гуревич и Крейцер познакомились перед войной и до конца жизни оставались друзьями. 4 марта 1946 года был создан ЦКИБ. В соответствии с Положением об этой организации, закреплённом в приказе № 186 министра вооружения Д.Ф. Устинова от 8 августа 1946 года, в ЦКИБ были переданы чертежи и образец ружья Гуревича. 1 декабря 1946 года было готово заключение, подписанное временно исполняющим обязанности начальника Богословским, начальником конструкторского отдела Глинковым и начальником секции испытания опытных образцов Ивановым: «Чертежи и образец промыслового бокфлинта тов. Гуревича достаточно технологически проработаны и рассчитаны на технологию, приближающуюся к технологии стрелкового оружия. Замечаний о недостатках конструктивного выполнения деталей ЦКИБ не имеет, так как формы деталей бокфлинта тов. Гуревича просты и надёжны. Пластинчатые пружины и мелкие детали отсутствуют совершенно». Испытательных стрельб ЦКИБ не проводил. Была высказана рекомендация внести небольшие правки в чертежи. Однако производство ГМ-16 так и не началось. Для Гуревича 1946 год был вполне удачным: отделом изобретательства МВС были приняты к рассмотрению 4 заявки на изобретения «в области артиллерии». В Туле у Гуревича появились единомышленники и помощники. Дело в том, что он не любил чертить. Эту работу всегда выполняли другие. Инженеры и чертёжники ЦКБ-14 оказались большим подспорьем для изобретателя. В январе 1947 года Гуревич обратился с письмом к депутату Верховного Совета РСФСР Алексею Николаевичу Куракову, авторитетнейшему мастеру-ствольщику, потомственному тульскому оружейнику, преподавателю школы оружейного мастерства. 4 марта 1947 года Кураков написал ответ. Вот небольшая выдержка из него: «Что же касается конструкции Вашего охотружья типа бокфлинт модель 16, оно может быть рекомендовано для охотников промысловиков, как исключающее отмеченные выше недостатки бокфлинта фирмы Меркель. Кроме того, изготовление и эксплуатационный ремонт не требует применения высококвалифицированных специалистов, мастеров штучников, что особенно ценно в отдалённых местах охотпромыслов». Памятуя, какую роль в его судьбе сыграла заметка в довоенных «Известиях», Гуревич решил привлечь внимание прессы. 7 марта 1947 года в тульской газете «Коммунар» появилась статья «Советский «бокфлинт»». 20 апреля 1947 года эта же статья под названием «Первый отечественный бокфлинт» вышла в журнале «Огонёк». Статья заканчивалась следующими словами: «Двенадцатилетний упорный труд талантливого конструктора увенчался блестящим успехом. Советский Союз будет иметь собственное высококачественное и недорогое ружьё…»

???????????????????????????????Статья «Советский бокфлинт» в тульской газете «Коммунар». 4 марта 1947 года.

Это была ошибка Гуревича. Эффект от статьи оказался противоположным тому, на который он рассчитывал. Прикомандированный чужак, выскочка, лагерник, — похоже, именно так рассуждали некоторые тульские партийные чиновники. 23 мая 1947 года начальником ЦКИБ был назначен вернувшийся из эвакуации И.М.Михалёв. У него первое впечатление о Гуревиче могло сформироваться со слов его недоброжелателей. Потом возникла профессиональная ревность, с течением лет переросшая в откровенное неприятие. Как бы там ни было, пути двух выдающихся оружейников разошлись навсегда. Вместе с тем, отношения Гуревича с директором ТОЗа Д.В. Романовым всегда оставались нормальными. В начале 1947 года Гуревич закончил свою деятельность как военный изобретатель. В марте и мае им были поданы две последние заявки на изобретения «в области артиллерии».

2.1Справка о выдаче Гуревичу авторского свидетельства, не подлежащего опубликованию.

Единственным заказчиком оставался ВНИО – Всесоюзный научно-исследовательский институт охотничьего промысла, подчинявшийся Министерству заготовок, в котором Гуревич вёл научную референтуру по охотничьему оружию и занимался составлением справочника по охотничьим пулевым патронам. Промысловикам требовался «зверовой» патрон. Гуревич разработал такой на базе обычной латунной гильзы 28 калибра. Пуля 14.5 мм весом 19 грамм состояла из свинцового литого поддона, выполненного в виде чашки, и деревянного баллистического наконечника. Патрон снаряжался зарядом 1.5 гр. бездымного пороха «Кречет» или 5 гр. дымного и предназначался для стрельбы из нарезного ствола. Усиленный заряд: 2 гр. бездымного пороха или 7 гр. дымного предназначался для стрельбы моржей и белых медведей. В результате отстрела на 50, 75, 100, 150 и 200 метров была получена кучность в несколько раз превышающая кучность патронов английского экспресса .577 калибра. С деревянным баллистическим наконечником и нормальным зарядом пуля пробивала 4 сосновые доски по 25 мм каждая. С алюминиевым наконечником и усиленным зарядом – 8 досок. На базе латунной гильзы 32 кал. был разработан патрон с 12.7 мм пулей, по форме повторяющей пулю 14.5 мм.

3Пуля Гуревича: поддон (1), баллистический наконечник (2).

Предполагалось, что охотник-промысловик будет сам снаряжать патроны, имея запас гильз, капсюлей, пороха и баллистических наконечников. Поддоны пуль Гуревича можно было отливать самостоятельно, используя свинцовый лом и примитивную полулейку.

Глава XI. Гуревич и ружья МЦ.

Тема промыслового ружья, поднятая на февральском совещании 1946 года, получила своё развитие в распоряжении № 12621 Совета Министров СССР от 7 сентября 1947 года и приказе № 450 Министра вооружения Устинова от 30 сентября 1947 года: «Во исполнение постановления Совета министров Союза ССР за № 12621-р от 7.09.1947 года, в целях обеспечения охотничьего промысла комбинированными и универсальными ружьями, приказываю: 1) Директору завода № 536 т. РОМАНОВУ изготовить до 10.11.1947 года опытные образцы охотничьих ружей конструкции ЦКИБ по 3 шт. каждого: а) бокфлинт с дробовым стволом 32 калибра и пульным 5.6 мм; б) бокфлинт с дробовым стволом 20 калибра и пульным 5.6 мм; в) бокфлинт с дробовым стволом 20 калибра и пульным 7.62 мм; г) бокфлинт с обеими стволами 16 калибра; д) бокфлинт системы «Меркель», а также бокфлинт системы Гуревича. 2) Начальнику 5-го Главного Управления т. Медведеву: провести совместно с Министерством Заготовок и другими заинтересованными ведомствами и организациями в срок до 10 декабря 1947 года сравнительные испытания ружей, перечисленных в пункте 1 настоящего приказа…» В соответствии с этими документами ТОЗом на базе 16-й модели было изготовлено 2 комбинированных ружья конструкции Гуревича.

???????????????????????????????Ружьё ГМ-16 кал. 20/5.6.

Первое имело стволы длиной 650 мм: верхний — 20 калибра с напором 0.24, нижний с 6 нарезами – под 5.6 мм патрон бокового огня. 17 февраля 1948 года ружьё было отстреляно стрелком – испытателем Ульяновым с великолепными результатами, что и засвидетельствовали зам. начальника ОТК Жижин, начальник 12-го цеха Шейнин, заведующий стрельбищем Чурочкин и мастер-сборщик 22-го цеха Седачёв. Второе, весом 3 кг, имело верхний гладкий ствол 28 калибра с напором 0.15 и нижний нарезной под патрон Гуревича с пулей 14.5 мм. Испытания 19 апреля 1948 года, как и в первом случае, показали отличные результаты. Испытатели отметили отсутствие овалов на пробоинах при стрельбе из нарезного ствола на всех дистанциях вплоть до 200 м, а также мягкую отдачу, не превышающую отдачу обычного дробового ружья. У ЦКИБа дела обстояли не столь  гладко. В ноябре 1947 года были изготовлены «бокфлинты системы Меркель» — копии «Меркелей» 200-й серии, позже получившие названия МЦ2 и МЦ3, и курковая одностволка с затвором по типу «Ремингтона», получившая название МЦ4.

5Курковая «одностволка» МЦ4

«Бокфлинтами конструкции ЦКИБ» занимался Анатолий Дмитриевич Колесников,  используя в качестве прототипа ружьё ГМ-16 Гуревича. Быстро сделать эту работу не удалось, несмотря на подключение С.С. Ферапонтова, М.И. Скворцова и А.П. Глинского, а также участие самого И.М. Михалёва. Обратимся к отчёту ЦКИБа об «…испытаниях охотничьих промысловых комбинированных и универсальных ружей, изготовленных заводом №536 (ТОЗ – прим. автора)». Испытания состоялись в конце 1948 года. Испытывалось 21 ружьё: ГМ-16 (16/16), ГМ-16 (20/5.6), ГМ-16 (28/14.5), МЦ-5 (16/16 +5.6 (вкладной стволик)) – 3 шт., МЦ-5 (20/20 + 5.6) – 3 шт., МЦ-5 (20/32) – 3 шт., МЦ-5 (20/7.62) – 3 шт., МЦ-2 (16/16), МЦ-3 (16/16) – 2 шт., МЦ-6 (12/12), МЦ-7 (5.6/12.7 со второй «парой» 20/32 + 5.6), МЦ-4 (16 + 5.6). Из отчёта следует, что в течение 1948 года группа конструкторов во главе с Михалёвым справилась с задачей создания «бокфлинта конструкции ЦКИБ». Появились ружья МЦ-5, МЦ-6 и МЦ-7 (не путать с МЦ-7 1965 года конструкции Н.С. Рыжова). На живучесть испытывались 5 ружей: ГМ-16 (16/16), ГМ-16 (28/14.5), МЦ-5 (16/16), МЦ-5 (20/7.62) и МЦ-3 (16/16). Не закончили испытания ружья ГМ-16 (16/16) и МЦ-3. Первое – из-за выстрела при закрывании после 8570 выстрелов, второе – из-за поломки боевой пружины на 9625 выстреле. Остальные ружья выдержали по 15000 выстрелов. При этом ГМ-16 не имело ни одной поломки, а МЦ-5 имели по 3 поломки на каждое ружьё. Ружьё Гуревича было сконструировано как промысловое под 20 калибр; 16 калибр для этой коробки был явно велик, что, собственно, и показали испытания в ЦКИБе.  Поскольку ружьё Гуревича в целом оказалось лучше, начались бюрократические «игры», свидетельством которых служит письмо  директора ВНИО Овчинникова начальнику 5-го Главка Министерства вооружения Рудневу от 11 февраля 1949 года. Из письма следует, что из трёх систем, которые должны были прийти на сравнительные испытания в соответствии с распоряжением Совмина: ЦКИБа,  Меркель и Гуревича, пришли только ружья ЦКИБа. Тем не менее, сравнительные испытания во ВНИО всё-таки состоялись. В соответствии с отчётом от 1952 года «Оценка новых моделей охотничьих ружей на основании испытания их рабочих качеств в условиях промысловой охоты», испытания прошли следующие ружья: МЦ-2, МЦ-3 (не путать с пистолетом МЦ-3 – «рамой Шептарского»), МЦ-4, МЦ-5, МЦ-6 и ГМ-16. Отчёт заканчивался однозначным выводом: двуствольное промысловое ружьё должно быть разработано на базе ГМ-16, а одноствольное – на базе ружья Казанцева. 

22Одно из авторских свидетельств Е.С. Гуревича.

Промысловикам больше всего не понравился вес ружей ЦКИБ, которые были гораздо тяжелее ружей Гуревича. Но и это – не главное. Трудозатраты при изготовлении МЦ были на порядок выше, чем ГМ. Переход от «цапфового сухаря» (шарнира) Гуревича к «люльке» Колесникова потребовал ручной подгонки, с которой мог справиться только слесарь-сборщик высокой квалификации. Ружья Гуревича, в отличие от ружей ЦКИБ, были просты и могли изготавливаться серийно со сборкой по допускам. Справедливости ради следует сказать, что ружьё ГМ-16 имело свои недостатки, главным из которых было отсутствие принудительного запирания от верхнего ключа, работавшего только на отпирание. Этот недостаток можно было легко устранить, изменив привод затвора, что и было сделано впоследствии. Сотрудники ЦКИБа, поглощённые решением задачи создания промыслового ружья, поставленной правительством, вероятно, даже не поняли,  что сделали в конечном итоге. Ружьё МЦ6, непригодное для промысла, могло стать выдающимся, абсолютно инновационным спортивным ружьём с невероятными перспективами, в том числе на внешних рынках. Ничего подобного никто в мире в конце 40-х годов не выпускал.  Вместо этого ЦКИБ на протяжении почти 20-ти лет в качестве спортивных ружей разрабатывал морально устаревшие горизонталки.  Таковы были издержки плановой экономики.  Гуревич со своими разработками явно не вписывался в её реалии.  Предоставим слово документу: «26.06.1954. Директору завода тов.Романову Д.В. В связи с наличием в выпускаемом Вами ружье МЦ-6 конструктивных элементов, охраняемых авторским свидетельством № 72961 приоритет 25.6.45 года, предлагаю выдать автору Гуревичу Е.С. единовременное вознаграждение в сумме 2000 рублей за счёт фондов БРИЗа. Начальник 5 Главного управления В.Новиков». Разработчики МЦ-6 получили авторское свидетельство в 1965 году только на УСМ этого ружья.

Глава XII. Тяжёлые годы.

Маховик сталинских репрессий никогда не останавливался. С декабря 1945 года стало раскручиваться «авиационное дело», по которому были назначены виновные в низком качестве советской авиационной техники в годы войны. В 1948 году – «трофейное дело», которое использовали для дискредитации маршала Г.К. Жукова. В январе 1948 года агенты ГБ убили в Минске С. Михоэлса, инсценировав аварию. В конце 1948 – начале 1949 года были арестованы остальные члены «Еврейского антифашистского комитета». В феврале 1949 года началась компания в прессе «по борьбе с космополитами», сопровождавшаяся арестами «вредителей», как правило, еврейской национальности. Для Гуревича «звонок прозвенел» 21 февраля 1948 года, когда Президиум Верховного Совета СССР издал указ «О направлении особо опасных государственных преступников по отбытии наказания в ссылку на поселение в отдаленные местности СССР». По своей «шпионской» статье он вполне мог «загреметь» в ссылку вместе с более чем 50 тысячами такими же, как он, уже отбывшими своё наказание. Пронесло… Зато компанию по борьбе с «космополитами» недруги Гуревича использовали в полной мере. Какие там ружья, какие государственные испытания, когда надо было спасать семью и свою жизнь!? От Элеоноры Евгеньевны, дочери Гуревича, известны некоторые детали его личной жизни. Мать Элеоноры, Нина Дорожкина в последний момент отказалась ехать с семьёй в Тулу. Она была беременна от другого мужчины. Несмотря на то, что они с Евгением Самойловичем не были расписаны, это предательство стало для него тяжёлым ударом. Что делать? Билеты были на руках, поэтому поехали втроём: отец, дочь и бабушка, Софья Михайловна. В Туле два года жили в гостинице. В жизни маленькой Элеоноры появилась мачеха Нина Михайловна Шорохова. Она работала парикмахером и была моложе Гуревича на 26 лет. Пришлось оплачивать ещё один номер. Даже в те времена постоянно проживать в гостинице было накладно, поэтому семья сняла половину дома по ул. Хомутовской, и Гуревич затеял строить собственный по адресу: ул. Советская 37, где кроме дома стали возводить большой гараж. После войны появилось много трофейных автомобилей, и страсть Гуревича к автомобильной технике вспыхнула с новой силой. Сейчас уже невозможно установить, откуда, но очень скоро во дворе на Советской стояли несколько автомобилей, в том числе легковые: «Татра» и «Опель», а также венгерский грузовик «Раба Ботонд». Кому они принадлежали – неизвестно, но для их обслуживания был приставлен помощник – пленный немецкий механик Вернер. Кстати, дом тоже построили пленные немцы, качественно и быстро, менее чем за год. Маленькая Элеонора хорошо запомнила каменщика Дитриха и плотника Хофмайстера. Работая «по заданию Арткома», Гуревич неплохо зарабатывал, но это была не зарплата, а единовременные выплаты за изобретения. В этом смысле его, наверное, можно считать одним из первых в СССР профессиональных изобретателей. В 1949 году, оказавшись опять на волосок от больших неприятностей, Гуревич лихорадочно искал спасение. Помогла его знакомая, главный врач психбольницы. Диагноз «психастения» оказался достаточным, чтобы с учётом лагерных болезней получить инвалидность. Инвалида – «психа» не тронули. Надо было как-то жить. Исчезли автомобили, денег катастрофически не хватало, пришлось продать гараж, потом полдома. В 1951 году Гуревич получил 1800 дореформенных рублей за свои секретные разработки. В том же году в газете «Коммунар» вышел фельетон «Великий комбинатор». Автор статейки уверял, что Гуревич – никакой не изобретатель, поскольку за всю жизнь изобрёл только лишь…пуговицу. Подобные фельетоны не появлялись тогда просто так. Был заказчик, и это был «сигнал». Но опять пронесло… У Гуревича был старый знакомый по работе на Севере – Николай Васильевич Новиков, ставший в апреле 1948 года министром морского флота СССР. Какие-то работы Гуревич выполнял для этого министерства. В 1952 году Тульский горпромкомбинат заплатил изобретателю 4000 рублей за новый способ выделки кожи. Вот и все доходы. Известие о смерти Сталина Гуревич встретил со слезами на глазах, но кто знает, что это были за слёзы? В 1954 году дом был продан полностью, вместо него куплена часть дома на ул. Бундурина 8. В том же году средь бела дня на полном ходу Гуревича выбросили из трамвая, и он сильно разбился. Банальное хулиганство или очередной «сигнал»?  В 1954 году Евгения Самойловича навестили гости из КГБ СССР. Чем его попросили заняться – достоверно не установлено. Скорее всего, речь шла о продолжении работы над бесшумным оружием для специальных операций. За «шанхаем» из мелких домовладений на Бундурина 8 был большой пустырь. Гуревич получил разрешение построить на нём дом с гаражом. Денег постоянно не хватало, поэтому ранее купленная часть дома была продана. Вместо неё там же был приобретён маленький флигель, где жили Евгений Самойлович с женой, а Софья Михайловна с внучкой переехали в недостроенный дом. 19 июля 1956 года Софья Михайловна умерла. Гуревич потерял мать, друга, своего ангела-хранителя, посвятившего ему свою жизнь. 27 июня 1957 года ушла из жизни любимая жена Нина. Эти удары судьбы надломили Гуревича. Он потерял интерес к жизни, и многие годы потом его мучили приступы депрессии.

Глава XIII. Прощай оружие.

1959 год – разгар экономического эксперимента по децентрализации экономики, затеянного Хрущёвым. В Совнархозе Тульского экономического района вызрела идея производства массового охотничьего ружья. 15 июля в газете Тульского обкома ВЛКСМ «Молодой коммунар» появилась критическая статья о положении дел с охотничьим оружием на ТОЗе. Судя по всему, автор статьи, скрывающийся под псевдонимом «Левша», досконально «владел вопросом». 21 июля Гуревич опубликовал в той же газете статью в поддержку «Левши» под заголовком «Поток возможен». 29 июля появилась статья «В чём же дело», где описывались мытарства Гуревича и волокита с постановкой на поток его ружья ГМ-16. 4 августа вышла статья А.Н. Куракова «Модель 16 – на поток!». Всё это сегодня выглядит, как хорошо спланированная PR – акция. В те годы областью руководил Алексей Иванович Хворостухин, у него с Гуревичем сложились добрые, доверительные отношения. Так что, вполне возможно, чувствуя поддержку Хворостухина, или с его одобрения, Гуревич сам организовал компанию в печати. Судя по всему, польза от этого была: в сентябре 1959 года главный инженер ТОЗа В.Л. Чернопятов пригласил его на завод. У Гуревича как будто открылось второе дыхание. Масса идей, накопленных за «тяжёлые» годы, просилась на кальку. В КБ завода были квалифицированные специалисты. С Гуревичем работал Анатолий Иванович Иванов, ставший позднее его зятем. Уже в октябре появился самовзводный (взводящийся при нажатии на спусковой крючок) механизм ГМ-30 для двуствольного ружья, в котором два спусковых крючка, два бойка, но… один (!) ударник и одна боевая пружина. Жизнеспособность такой конструкции никто не проверял, но она вполне характеризует абсолютную нестандартность мышления и остроумие конструктора.

7Самовзводный механизм Гуревича ГМ-30 при работе первого спускового крючка: коробка (1), спусковая скоба (2), ударник (3), шептало (4), спусковые крючки (5,6), стремянка (7), боевая пружина (8), вспомогательная пружина (9), рычаг затвора (10), затвор (11), пружина затвора (12), упор пружины (13), винт (14), гайка (15), пружина шептала (16), боёк (17), пружина бойка (18), планка (19), винт планки (20), хвост коробки (21), ложа (22)

8Самовзводный механизм Гуревича ГМ-30 при работе второго спускового крючка

Как известно, чем легче спуск, тем опаснее система в смысле срыва. Гуревич придумал оригинальный спусковой механизм ГМ-19 для целевого оружия. Принцип его действия понятен из рисунка.

9Спусковой механизм ГМ-19

При нажатии на спусковой крючок (4) ролик (5) прокатывается по плоскости курка (1), освобождая его. Система абсолютно безопасна на срыв. В феврале 1960 года появились рабочие чертежи промыслового самозарядного карабина с качающимся затвором под 5.6 мм патрон кольцевого воспламенения. Из-за большой поверхности трения в продольно скользящем затворе, в условиях низких температур и малой мощности патрона, автоматика иногда отказывает. В затворе, предложенном Гуревичем, поверхность трения сокращена в 10 раз. При таком затворе не нужна ствольная коробка, сокращаются габариты карабина и его вес. Радиус движения затвора рассчитан так, что его траектория на последнем участке почти прямолинейна, что в сочетании с качающейся боевой личинкой исключает перекос при подаче и экстракции.

10Проект самозарядного мелкокалиберного карабина с качающимся затвором.

В том же году появилась ружьё ГМ-17. Спроектированное на базе ГМ-16, оно имеет модифицированное шептальное и предохранительное устройства.

1112Замок ружья ГМ-17: ударники (1,2), боевые пружины (3,4), личинка (5), шептала (6,7), оси шептал (8,9), пружина шептал (10).

Во всех известных ударниковых замках оси шептал расположены перпендикулярно к оси ударников. При таком конструктивном исполнении, во избежание срыва при ударе или сильном толчке, требуется тщательная ручная пригонка и отладка, а спуск получается тяжёлым и длинным. Гуревич предложил оригинальную конструкцию, в которой оси шептал расположены параллельно осям ударников, а сами шептала, выполненные в виде плоских рычажков, входят в проточки ударников под прямым углом к их осям, что даёт возможность сделать короткий и лёгкий спуск. Были изготовлены и испытаны 2 образца: дробовой 20 калибра и пульно-дробовой 20 / 5.6. Пульно-дробовой под названием ТОЗ-24 экспонировался на ВДНХ. Но ни тот, ни другой в серию опять не пошли. Можно только догадываться почему.

13Дробовое ружьё 20 кал. ТОЗ-24 (ГМ-17)

Весной 1961 года Гуревич проводил окончательную отработку альбома чертежей ТОЗ-24 (ГМ-17). В это время пришла информация о том, что Госкомитет заготовок утвердил новую тему по пульно – дробовому бокфлинту. Евгения Самойловича попросили адаптировать чертежи ТОЗ-24 под техническое задание Госкомитета, что они вместе с молодым специалистом Тарасовой быстро и сделали. Но в июле 1961 года Гуревичу закрыли допуск на завод. Каково же было его удивление, когда спустя некоторое время он узнал о выходе ружья ТОЗ-33, в котором без труда можно было опознать его ГМ-17. Так же как и до этого ТОЗ-24, ружьё ТОЗ-33 гордо проследовало на ВДНХ.

14Комбинированное ружьё ТОЗ-33

В мае 1962 года Гуревич добился рассмотрения своей жалобы на это безобразие в Тульском Совнархозе. Главный конструктор ТОЗа С.С. Ферапонтов «…при сопоставлении образца Гуревича модель 16 1946 года и «ТОЗ-33» 1962 года сообщил, что принципиальной разницы между образцами нет». Как выяснилось, всю эту «комбинацию» затеял главный инженер Чернопятов. Госкомитет профинансировал тему в объёме 20 тыс. «новых» рублей, из которых Гуревичу, по указанию Чернопятова, было выплачено… 80. К сожалению, в этот момент Хворостухин уже не мог помочь Гуревичу, так как был назначен послом в далёкую Монголию, у завода же был другой директор – Е.Н. Сабинин; его убедили в том, что участие автора в изготовлении и отладке образца не требуется. Ну что тут можно сказать? Поколения советских людей были воспитаны в условиях режима, при котором человеческая жизнь ничего не стоила, а частная собственность презиралась. Да, был закон, номинально защищавший собственность интеллектуальную, но кто о нём вспоминал, когда «всё вокруг колхозное, всё вокруг моё». В 1964 году Комитетом по делам изобретений и открытий при Совмине СССР была принята заявка на «Универсальный охотничье-промысловый самовзводный двойник «Сибиряк»». Авторы: Гуревич и Невзоров (Владимир Петрович, в то время – студент – дипломник Тульского политехнического института). В механизме, который он собрал лично, Гуревич развивал идею самовзводного замка. В отличие от ГМ-30, новый замок имеет один спусковой крючок, воздействующий не на курок, а непосредственно на боевую пружину, что во много раз уменьшает потребное усилие спуска и его ход, секторный курок двухстороннего действия, цилиндрическое шептало, размещённое внутри трубки боевой спиральной пружины и селектор, обеспечивающий удар по избранному бойку путём наклона курка в нужную сторону. «Сибиряк», как и многое другое, придуманное Евгением Самойловичем, остался на бумаге. Последним изобретением Гуревича-оружейника в 1965 году стал снаряд для безгильзовой стрельбы из стрелкового автоматического оружия. Пороховой заряд в таком снаряде помещён непосредственно в его корпус и закрыт капсюлем – воспламенителем. Сам снаряд имеет 3 части: переднюю — оживальную, среднюю – цилиндрическую, заднюю – коническую, заходящую в коническую же обтюрирующую расточку боевой личинки затвора. На границе цилиндрической и конической части имеется кольцевой выступ, сминающийся при выстреле. В донной части имеется закраина для экстракции нестрелянного снаряда и специальное дозировочное сопло. После сквозного пробоя капсюля, пороховые газы поступают в заснарядное пространство через отверстие в нём и через дозировочное сопло. Подобная система, благодаря отсутствию давления форсирования, значительно снижает отдачу, а также обеспечивает полное сгорание порохового заряда. Какие преимущества даёт безгильзовая стрельба в принципе, думаю, понятно без дополнительных комментариев. Соавторами Гуревича по трём заявкам: на сам снаряд, затвор-обтюратор и продувочное устройство для автоматического оружия, выступили Иванов и Невзоров. Кроме них Гуревич, как было принято в то время, вписал в заявки «начальника» — Чернопятова. Продувочное устройство решало проблему загазованности при стрельбе из танков или БТР с помощью поршневого компрессора, приводимого штоком газового движка системы автоматики оружия.

15Продувочное устройство: ствол (1), газоотводное отверстие (2), привод газового движка (3), поршень (4), воздушная камера (5), продувочное отверстие (6), затвор (7).

В 1965 году Гуревичу стало окончательно ясно, что с приходом нового генсека Брежнева ничего в его жизни в лучшую сторону не поменяется, поскольку все его тульские «недруги», получив новые высокие посты, процветали. Гуревич решил написать книгу. Первый том должен был содержать сведения по устройству, проектированию, исследованию, расчёту и испытаниям охотничьего оружия. Второй – по технологии производства. Был разработан детальный план, но, к сожалению, дальше этого дело не пошло.

Глава XIV. Консультант ВОИР.

С 1958 года Гуревич выполнял функцию консультанта областного ВОИР («Всесоюзное общество изобретателей и рационализаторов»). Приходило множество людей с самыми разнообразными вопросами, и все получали советы и консультации. Евгений Самойлович поражал коллег своими энциклопедическими знаниями в различных областях техники. Известен ряд его собственных рационализаторских предложений.

16Мотоколяска Гуревича.

Помимо уже упоминавшейся проводки земснарядов без конвертовки, Гуревич предлагал отказаться от ствольных заготовок и перейти к использованию цельнотянутой трубы, вместо пайки стволов модели «Б» использовать их механическое соединение, вместо свинцовки канала ствола применять пескоструйную или дробеструйную обработку на им же разработанной установке. Множество изобретений Гуревича не связано с оружием: способ выделки кожи и подготовки голья к дублению, картофелеуборочный комбайн с центробежно-вакуумной очисткой клубней, запорный механизм дверного замка, гидроперфоратор для нефтедобычи, коробка передач, установка для газовой терапии кожных болезней, мотоколяска, паровая шестерёнчатая машина, способ копчения рыбы, прогрессивная коробка скоростей, грунтонасос, радиатор для тракторных двигателей, двигатель внутреннего сгорания.

17Двигатель Гуревича. 1971 год.

По последнему изобретению, которое Гуревич сделал в соавторстве с В.Ф. Беляевым и Р.С. Леманом, есть отзыв НИИД от 19 января 1973 года: «Анализ…показывает, что значения основных параметров двигателя по схеме Е.С. Гуревича превосходят аналогичные величины для лучших современных турбопоршневых дизелей…». Евгений Самойлович развивал свою старую идею двигателя без коленчатого вала, считая её очень важной. Может быть поэтому он обратился к двоюродному брату, знаменитому авиационному конструктору Михаилу Иосифовичу Гуревичу. Его отзыв заканчивался так: «Я лично считаю безусловно целесообразным изготовление опытного образца». Михаил Иосифович сам был человеком «не от мира сего», абсолютным бессребреником. После войны, когда у Евгения Самойловича водились деньги, он купил для брата костюм и буквально заставил его надеть, поскольку тот ходил в каком-то старье, не обращая на это никакого внимания. В «тяжёлые годы» Михаил Иосифович в свою очередь помог брату деньгами.

Глава XV. Первый коллекционер СССР.

Гуревич был одним из первых в СССР коллекционеров и реставраторов старинных автомобилей. История сотрудничества с Министерством госбезопасности по бесшумному оружию закончилась самым неожиданным образом: в 1960 году у изобретателя появился «Роллс-Ройс», на котором до 1933 года возили Ворошилова. Маловероятно, что это была награда, скорее всего Гуревич, обнаружив раритет в гараже особого назначения (ГОН) и не в силах устоять, уговорил кого-то из ГБшных начальников рассчитаться с ним за проделанную работу этим автомобилем. Правда, сам Гуревич утверждал, что «Роллс-Ройс» — подарок Ворошилова за работу по миномётной тематике. Машина производила сильное впечатление, и не только на туляков. В 1962 году широко отмечалось 250-летие ТОЗа. В ходе театрализованного представления на стадионе «Труд» появился Гуревич на своём автомобиле и сделал круг по беговой дорожке. Рядом с ним сидел народный артист Н.К. Черкасов, загримированный под профессора Полежаева из фильма «Депутат Балтики». В июне 1962 года в Тулу приехала старая знакомая Гуревича по Харькову, знаменитая лётчица В.С. Гризодубова. Евгений Самойлович возил её на своём автомобиле в Ясную Поляну.

Тула. Первомайская демонстрация. Стоят (слева направо): неизв., М.И. Почукаев, А.Д. Иванов, В.Б. Соколов и Д.М. Кочетов. За рулём — Е.С. Гуревич.

18«Роллс – Ройс», В.С. Гризодубова и Е.С. Гуревич. Ясная Поляна, 1962 год.

Как известно, страсть коллекционера всепоглощающа и сродни огню, который, однажды загоревшись, требует постоянной подпитки. Чтобы заниматься старыми автомобилями, которые он находил в самых разных местах, Гуревичу требовались немалые средства, а денег не хватало просто на жизнь. С тяжёлым сердцем «Роллс Ройс» был продан московскому художнику Н.П. Чарухину. Затем пришла очередь дома, который, как и первый, был распродан по частям. Семья переехала в крошечный домишко на ул. Ленина 82, оказавшийся абсолютно непригодным для проживания. Его пришлось перестраивать. К 1975 году в коллекции Гуревича было 5 автомобилей: «Пежо» 1906 года, 4-х колёсный «Эй-Си» 1912 года (возможно, единственный из сохранившихся в мире), спортивный «Бугатти» тип 13 1910 года, «Мерседес» с деревянными колёсами 1920 года и некая реплика старого автомобиля с тракторным (!) двигателем, собранная взамен любимого «Роллс-Ройса». «Бугатти», найденный в каком-то сельском курятнике и восстановленный Гуревичем, был продан через «Автоэкспорт» во Францию. Из полученных 630 рублей пришлось ещё оплачивать транспортировку автомобиля до Одессы. Спустя несколько лет коллеги из САМСа, первого автоклуба России, показали Гуревичу французский каталог, в котором красовался такой же «Бугатти» с ценой в 35 тыс. золотых франков. Похоже, «Автоэкспорт» неплохо заработал. В 1978 году появился и потом куда-то исчез «Фиат» 1932 года. Коллекция Гуревича и его автомобильная библиотека стали известны в кругах любителей автостарины. К нему приезжали со всей страны. Многие останавливались в его доме. Однажды приехал Сергей Довлатов, тогда ещё сотрудник журнала «Костёр». Об автомобилях Гуревича знал знаменитый американский коллекционер Билл Харра, в мае 1975 года приславший собственноручно написанное письмо. Как-то киностудия «Мосфильм» привезла старый грузовик «Магирус». Отреставрированный Гуревичем, в 1981 году он использовался на съёмках фильма «Шестой». Справиться с таким хозяйством самостоятельно было невозможно. Выручало Тульское автотранспортное предприятие и добровольные помощники, среди которых особо выделялся уникальный механик Москаленко. В доме у Гуревича постоянно были люди: гости, изобретатели, приходившие за консультациями, коллеги по увлечению. С 1976 года в каждое последнее воскресенье октября в Туле отмечался день автомобилиста. Иногда в этот день устраивались парады. Многие в Туле помнят седого старика в полувоенной форме за рулём старинного автомобиля. (О  Гуревиче — коллекционере автомобилей подробно можно прочитать http://oldtimer.ru/blogs/ivan_barantsev/povest-o-nastoyashchem-kollektsionere/)

Глава XVI. Чтобы помнили.

1Последняя фотография Е.С. Гуревича

Персональный пенсионер областного значения Евгений Самойлович Гуревич скончался в Туле 26 декабря 1981 года. Спустя некоторое время городские власти дом снесли, а дочь и внучку переселили в маленькую стандартную квартиру, где Элеонора Евгеньевна и проживает до настоящего времени. Постоянные болезни не позволяют ей часто ездить на кладбище к отцу.

21Заседание научно-технического общества. Тульский музей оружия, 1980 год. Е.С. Гуревич (стоит), И.М. Михалёв (второй слева), старейший работник ТОЗа Н.М. Пантелеев (третий слева), И.Я. Стечкин (первый справа).

Часть архива изобретателя, благодаря замечательному Юрию Александровичу Нацваладзе, сохранена в Военно — сторическом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи. Кем был и какой след оставил Гуревич? Когда-то, перейдя на сторону красных, в жёстком споре с отцом, который осудил его поступок и не простил уже никогда, Евгений сказал: «Каждый служит, как может». Он и служил, как мог, а вернее, выживал, как мог. Попав в жернова репрессий, получив горький урок чудовищной несправедливости, он попытался приспособиться и стать как все. Но его неординарный талант изобретателя, здоровое честолюбие и предприимчивость, помноженные на неисправимый романтизм были чужды советской системе. Взяв у него всё, что ей было нужно, она не дала ему почти ничего взамен. У кого есть сегодня право осуждать Гуревича за неуклюжие попытки демонстрировать лояльность? А они были. Это и статья «Кольт и культура», в которой автор пытался иронизировать над «демократией по-американски», и письмо Солженицину, к счастью, неотправленное, и письмо секретарю ЦК Шелепину, в котором утверждалось, что «ни Партия, ни Советский строй не причастны к этим извращениям (культа личности – прим. автора)», и рассказы о Дзержинском, «необыкновенном человеке», наделённом «необыкновенным сочетанием личных качеств и… необыкновенной изысканностью души». В 1978 году КГБ напомнил о себе, порекомендовав Гуревичу поменьше рассказывать и намекнув, что его реабилитация для «органов» ничего не значит. И всё же… Главная заслуга Гуревича в том, что он стал основоположником современного технологичного подхода к проектированию и производству охотничьего оружия. В этом он был первым, даже не в стране – в мире (!). Его конструкции лежат в основе «вертикалок» ЦКИБа и ТОЗа. Эти конструкции – плод труда Гуревича и его безымянных помощников, в большинстве своём сгинувших в сталинских застенках. В этом смысле ружья Гуревича – памятник той страшной эпохи. Очень хочется надеяться, что техническое наследие Евгения Самойловича Гуревича когда-нибудь будет изучено до конца, и ещё послужит родному Отечеству. И он,  чужой среди своих,  станет, наконец, своим.

От автора.

Заканчивая рассказ о Гуревиче, изучив массу документов, ловлю себя на мысли, что мой герой так и остался для меня загадкой. Перипетии его жизни сложнее и невероятнее самой изощрённой фантазии. Чего стоит только один факт: Элеонора нашла свою сестру по матери, которую та бросила в детском доме, а Евгений Самойлович заботился о Светлане, как о родной дочери после переезда её в Тулу. Не для оружейного сайта разбор ещё одной «ипостаси» этого разностороннего человека – поэтической. Всю свою жизнь Гуревич писал стихи. Он влюблялся, но счастлив по-настоящему не был. Уже в процессе написания этой статьи стала вырисовываться суть некоторых закрытых изобретений Гуревича. Так изменение внутренней формы дна казённой части ротного миномёта позволило увеличить предельную дальность выстрела почти на 20%. ГАРС – активно-реактивный снаряд Гуревича, оказывается, предназначался для…партизанского гладкоствольного охотничьего ружья, превращая его в грозное оружие поражения легкобронированных целей. Так что точку в истории про оружейника Гуревича ставить рано… Очень надеюсь, что новые тульские власти обратят внимание на эту публикацию и предпримут какие-то шаги, чтобы вернуть из забытья своего выдающегося земляка. От всей души благодарю моих добровольных помощников: дочь Гуревича Элеонору Евгеньевну, заведующего отделом техники охотничьего промысла ВНИИОЗ (Киров) Сергея Ивановича Минькова, заместителя директора ЦКИБ СОО (Тула) Виктора Сергеевича Катаржнова, пресс-секретаря УФСБ по Архангельской области Наталью Викторовну Ожигину, старейшего работника ТОЗа Анатолия Петровича Хруслова, сотрудника Тульского государственного музея оружия Ольгу Борисовну Ивлеву, ученика Н.И. Коровякова, ведущего конструктора фирмы «Блазер» Сергея Васильевича Попикова, а также харьковского журналиста Эдуарда Ивановича Зуба.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: